© Совет Европы/Европейский суд по правам человека, 2012 г. Настоящий перевод не налагает на Суд никаких обязательств. Дополнительная информация приводится в полной версии уведомления об авторском праве в конце документа.
© Council of Europe/European Court of Human Rights, 2012. This translation does not bind the Court. For further information see the full copyright indication at the end of this document.
© Conseil de l’Europe/Cour européenne des droits de l’homme, 2012. La présente traduction ne lie pas la Cour. Pour plus de renseignements veuillez lire l’indication de copyright/droits d’auteur à la fin du présent document.
Информационный бюллетень по прецедентной практике суда № 114
Декабрь 2008 г.
Дело «Ада Росси (Ada Rossi) и другие против Италии» - 55185/08
Судебное решение от 16.12.2008 г. [Секция II]
Статья 34
Жертва
Жалоба лиц с серьезной потерей трудоспособности в отношении постановления отечественного суда, разрешающего прекращение искусственного питания и восполнения потери жидкости находящегося в коме лица: отсутствие статуса жертвы
Отец и опекун молодой женщины, которая в результате дорожно-транспортного происшествия находилась в вегетативном состоянии в течение ряда лет, инициировал судебное разбирательство с целью получить разрешение на прекращение искусственного питания и восполнения потери жидкости своей дочери, основывая свои доводы на особенностях характера дочери и представлениях о жизни и достоинстве, которые она якобы выражала. В приказе от 16 октября 2007 года о передаче дела в другую инстанцию Кассационный суд заявил, что судебная власть может дать разрешение на прекращение питания в случае, если лицо, о котором идет речь, находится в постоянном вегетативном состоянии и если есть доказательства того, что, если бы такое лицо сохранило все свои умственные и физические способности, оно бы отказалось от медицинского лечения. Апелляционный суд предоставил запрашиваемое разрешение на основе этих двух критериев.
Ссылаясь на Статьи 2 и 3 Конвенции, в Европейский суд обратились заявители (лица с тяжелыми формами инвалидности и ассоциации по защите интересов таких лиц) с жалобой на негативные последствия, которые может иметь для них приведение в исполнение решения Апелляционного суда.
Жалоба признана неприемлемой. Заявителю в принципе недостаточно утверждать, что само существование закона нарушает его права, предусмотренные Конвенцией; необходимо, чтобы его применение причиняло ему ущерб. Кроме того, осуществление права на подачу индивидуальной петиции не может быть использовано для предотвращения возможного нарушения Конвенции: только при исключительных обстоятельствах заявитель вправе утверждать, что он является жертвой нарушения Конвенции в связи с риском будущего нарушения. Заявители не имели прямых родственных связей с упомянутой молодой женщиной. Кроме того, национальное разбирательство, результат которого они критиковали и опасались его последствий, не затронуло их непосредственно, поскольку решение апелляционного суда по самой своей природе относилось только к участникам процесса и обстоятельствам конкретного дела. Таким образом, заявители не могут считаться прямыми жертвами предполагаемых нарушений. Вопрос заключается в том, могут ли они обоснованно ссылаться на статус «потенциальной жертвы». В настоящем деле индивидуальные заявители не выполнили требования предоставления разумных и убедительных доказательств вероятности того, что нарушение, затрагивающее их лично, будет иметь место, поскольку судебные решения, последствий которых они опасаются, были приняты по отношению к определенному стечению обстоятельств, касающихся третьего лица. В случае обращения к компетентным национальным судебным органам для вынесения официального решения по вопросу о том, следует ли продолжать медицинское лечение заявителей, они не могли бы пренебречь мнениями заинтересованных лиц, выраженными их опекунами, занявшими четкую позицию в защиту права своих родственников на жизнь, либо мнениями медицинских специалистов. Как и апелляционный суд в настоящем деле, судебные власти были бы связаны при оценке фактов критериями, установленными в решении кассационного суда от 16 октября 2007 года. Соответственно, индивидуальные заявители не могут утверждать, что являются жертвами неспособности итальянского государства защитить их права, гарантированные Статьями 2 и 3 Конвенции. Что касается заявителей-юридических лиц, то они не были непосредственно затронуты решением апелляционного суда, которое в действительности не могло оказать влияния на их деятельность, и не препятствовало достижению их целей: несовместимость с положениями Конвенции ratione personae.
К бюллетеням Европейского суда по правам человека можно перейти по следующей ссылке: Case-Law Information Notes
© Совет Европы/Европейский суд по правам человека, 2012 г.
Официальными языками Европейского суда по правам человека являются английский и французский. Настоящий перевод не имеет обязательной силы для Суда, и Суд не несет ответственности за его качество. Данный перевод может быть загружен из базы данных по прецедентному праву HUDOC Европейского суда по правам человека () или из любой другой базы данных, в которую он был внесен Судом. Текст перевода может воспроизводиться для некоммерческих целей, с обязательным указанием полного названия дела и вышеприведенным уведомлением об авторском праве. По вопросам, связанным с использованием какой-либо части перевода в коммерческих целях, обращайтесь по адресу: publishing@.
© Council of Europe/European Court of Human Rights, 2012.
The official languages of the European Court of Human Rights are English and French. This translation does not bind the Court, nor does the Court take any responsibility for the quality thereof. It may be downloaded from the HUDOC case-law database of the European Court of Human Rights () or from any other database with which the Court has shared it. It may be reproduced for non-commercial purposes on condition that the full title of the case is cited, together with the above copyright indication. If it is intended to use any part of this translation for commercial purposes, please contact publishing@.
© Conseil de l’Europe/Cour européenne des droits de l’homme, 2012.
Les langues officielles de la Cour européenne des droits de l’homme sont le français et l’anglais. La présente traduction ne lie pas la Cour, et celle-ci décline toute responsabilité quant à sa qualité. Elle peut être téléchargée à partir de HUDOC, la base de jurisprudence de la Cour européenne des droits de l’homme (), ou de toute autre base de données à laquelle HUDOC l’a communiquée. Elle peut être reproduite à des fins non commerciales, sous réserve que le titre de l’affaire soit cité en entier et s’accompagne de l’indication de copyright ci-dessus. Toute personne souhaitant se servir de tout ou partie de la présente traduction à des fins commerciales est invitée à le signaler à l’adresse suivante : publishing@
Full & Egal Universal Law Academy