В порядке применения статьи 35 Конвенции
В порядке применения пункта 1 статьи 35 Конвенции
Вопрос об исчерпании внутренних средств правовой защиты в целях подачи жалобы в Европейский Суд
Вопрос о наличии эффективного внутреннего средства правовой защиты (Болгария)
Учреждение в соответствии с пилотным постановлением Европейского Суда внутреннего средства правовой защиты, предусматривающего компенсацию по делам о длительности разбирательств и требующего исчерпания. Жалобы признаны неприемлемыми.
Балакчиев и другие против Болгарии
[Balakchiev and Others v. Bulgaria] (№ 65187/10)
Валчева и Абрашев против Болгарии
[Valcheva and Abrashev v. Bulgaria] (№№ 6194/11 и 34887/11)
Решения от 18 июня 2013 г. [вынесено IV Секцией]
ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА
Двумя пилотными Постановлениями (по делам Фингер и Димитрова и Хаманова), вынесенными 10 мая 2011 г., Европейский Суд обязал государство-ответчика учредить эффективные судебные средства правовой защиты, соответствующие принципам, установленным в прецедентной практике Европейского Суда, в связи с чрезмерной длительностью гражданских, административных и уголовных разбирательств. Во исполнение этих Постановлений Болгария ввела два новых компенсаторных средства правовой защиты: административное, регулируемое новыми статьями 60a и последующими Судебного закона 2007 года (далее – Закон 2007 года), для оконченных разбирательств, и судебное, регулируемое новой статьей 2b Закона об ответственности государства и муниципалитетов за причинение вреда 1988 года (далее – Закон 1988 года), для продолжающихся разбирательств.
В настоящих делах вопрос заключается в том, были ли заявители, жалующиеся на длительность гражданского разбирательства (Балакчиев) и уголовного разбирательства (Валчева и Абрашев), обязаны вначале исчерпать эти новые средства правовой защиты, которые не подвергались проверке и были введены после подачи их жалоб в Европейский Суд.
ВОПРОСЫ ПРАВА
В порядке применения пункта 1 статьи 35 Конвенции. Прежде всего Европейский Суд должен определить, являлись ли новые средства правовой защиты, по отдельности или совместно, доступными и эффективными. Что касается процессуальных гарантий, он, в частности, отметил, что Закон 2007 года не предусматривал состязательной процедуры и что исполнимость возможного решения о присуждении компенсации была сомнительной. Однако административное средство правовой защиты, регулируемое Законом 2007 года, было лишь одним из элементов системы средств правовой защиты, введенной болгарскими властями. Действительно, Закон 1988 года с изменениями предусмотрел полную судебную процедуру, которая обеспечивала вынесение обязательного судебного решения. Таким образом, требования, предъявленные в соответствии с Законом 1988 года, рассматривались с использованием всех преимуществ нормальной судебной процедуры, применимых к рассмотрению гражданских дел.
Прочие характеристики новых средств правовой защиты, а именно издержки, скорость, объем, размер и быстрота выплаты компенсации, не вызывают озабоченности. Европейский Суд, в частности, установил, что, хотя некоторые аспекты административных и судебных процедур, предусмотренных Законами 2007 и 1988 годов соответственно, могли требовать разъяснений, это является вопросом толкования и практики болгарских властей и судов. Следовательно, на данной стадии нельзя утверждать, что власти и суды не обеспечат надлежащее применение новых положений. Кроме того, одни лишь сомнения в эффективном функционировании вновь созданного средства правовой защиты не освобождают заявителей от обязанности его использования.
Европейский Суд также отметил, что средства правовой защиты применялись ретроспективно, поскольку обеспечивали возмещение в отношении задержек, имевших место до их введения, в делах, находящихся на рассмотрении в болгарских судах, и лицам, уже подавшим жалобы в Европейский Суд, в которых они ссылались на неразумную длительность разбирательства.
По-видимому, средства правовой защиты являются доступными не только сторонам разбирательств, которые окончились до их введения в действие – 1 октября и 15 декабря 2012 г. соответственно, – но и сторонам разбирательств, которые окончились менее чем за шесть месяцев до 15 декабря 2012 г., и лицам, которые подобно заявителям по настоящему делу, подали жалобы в Европейский Суд до этих дат.
Таким образом, Европейский Суд нашел, что в совокупности заявление о компенсации в соответствии с Законом 2007 года и требование о возмещении вреда в соответствии с Законом 1988 года могли рассматриваться как эффективные внутренние средства правовой защиты в отношении предположительно неразумной длительности разбирательств в судах по гражданским, уголовным и административным делам в Болгарии. Следовательно, заявители должны были согласно последовательной прецедентной практике Европейского Суда в отношении средств правовой защиты, введенных после вынесения пилотных постановлений, прибегнуть к вновь созданным средствам правовой защиты. Поскольку они, по-видимому, не возбуждали разбирательств в соответствии с новыми положениями Закона 2007 года или Закона 1988 года, и отсутствовали особые обстоятельства, освобождавшие их от этой обязанности, они не исчерпали внутренние средства правовой защиты.
РЕШЕНИЕ
Жалоба признана неприемлемой (в связи с неисчерпанием внутренних средств правовой защиты).
(См. Постановление Европейского Суда по делу «Фингер против Болгарии» [Finger v. Bulgaria], жалоба № 37346/05, Постановление Европейского Суда по делу «Димитров и Хаманов против Болгарии» [Dimitrov and Hamanov v. Bulgaria], жалоба № 48059/06, вынесенные 10 мая 2011 г., «Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека» [Information Note on the Case-law of European Court of Human Rights] № 141, и Решение Европейского Суда от 26 марта 2013 г. по делу «Тургут и другие против Турции» [Turgut and Others v. Turkey], жалоба № 4860/09, «Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека» [Information Note on the Case-law of European Court of Human Rights] № 161.)