© Перевод предоставлен российским изданием «Бюллетень Европейского Суда по правам человека» (). Разрешение на публикацию перевода на русский язык дано исключительно для его включения в базу HUDOC Европейского Суда.
© This document was provided by the Russian edition of the Bulletin of the European Court of Human Rights (). Permission to re-publish this translation into Russian has been granted for the sole purpose of its inclusion in the Court’s database HUDOC.
Блейк против Соединенного Королевства
[Blake v. United Kingdom] (№ 68890/01)
Решение от 25 октября 2005 г. [вынесено IV Секцией]
Обстоятельства дела
Заявитель поступил на службу в британскую Секретную разведывательную службу в 1944 году, а в 1951 году или около того стал агентом разведки Советского Союза. В 1961 году он признал свою вину по пяти пунктам обвинения, связанным с незаконной передачей информации советским властям в нарушение Акта 1911 года «Об охране государственной тайне» [the Official Secrets Act 1911], и был приговорен судом к 42 годам лишения свободы. В 1966 году он совершил побег из тюрьмы в Соединенном Королевстве в Москву, где и проживает с тех пор.
В 1989 году заявитель подписал контракт с британским издателем об опубликовании его автобиографии. Ему причитался аванс по авторскому гонорару. Правительство не пыталось остановить публикацию книги, но в 1991 году возбудило исковое производство в Высоком суде с целью лишить заявителя любой финансовой выгоды, которую он получил бы от данной публикации; при этом правительство указывало, что при написании и опубликовании этой книги он действовал в нарушение обязанности неразглашения сведений, доверенных ему государством как бывшему сотруднику Секретной разведывательной службы. Заявитель безуспешно пытался получить для себя бесплатное юридическое представительство в суде. В 1994 году его адвокаты получили разрешение прекратить представительство интересов заявителя, так как они больше не могли вести его дело на основе принципа pro bono[1]. В 1995 году Высокий суд назначил королевского адвоката и младшего адвоката в качестве amici curiae[2] по делу.
В решении Высокого суда содержался вывод о том, что не было необходимости решать вопрос, могло ли государство требовать применения средств правовой защиты в отношении нарушения заявителем его фидуциарной обязанности. Государство обжаловало это решение, и в 1997 году Апелляционный суд издал запретительный приказ, предписывавший заявителю запрет на получение какой-либо платы или иных выгод от использования его книги или любой содержащейся в ней информации, имеющей отношение к вопросам безопасности и разведки, которая имелась в его распоряжении в силу того, что он был сотрудником Секретной разведывательной службы. В 1998 году заявитель получил разрешение на подачу жалобы в вышестоящую инстанцию. Палата лордов Парламента вынесла свое основное решение по делу в 2000 году, постановив, что в принципе не было причины, в связи с которой суды должны были при всех обстоятельствах исключать представление счета по прибыли[3] как средство правовой защиты в отношении нарушения контракта. Кроме того, право правительства на получение счета по прибыли заявителя не наделяет государство никаким правом вещного характера по долгам, которые заявителю должен выплатить издатель.
Решение
Жалоба признана приемлемой, что касается пункта 1 Статьи 6 Конвенции (вопрос о разумности сроков производства по делу).
Решение
Жалоба признана неприемлемой, что касается Статьи 10 Конвенции. Заявитель в своей жалобе в Европейский Суд утверждает, что нельзя было предвидеть, что суд распорядится о представлении счета по прибыли как средства правовой защиты в отношении нарушения контракта. При оценке вопроса о возможности предвидеть применение такого средства правовой защиты Европейский Суд принял во внимание общий подход судов страны к решению сходных вопросов, отмечая, что имелись многочисленные авторитетные источники для утверждения, что взыскиваемые по суд убытки за нарушение контракта являются лишь компенсаторными. Хотя постановление Палаты лордов, вынесенное по настоящему делу в отношении представления счета по прибыли, не имеет прямых прецедентов, не этот факт является сам по себе решающим. Памятуя о том, что данное дело является исключительным, и что имеется четкий и сильный публичный интерес в том, чтобы не допустить извлечения заявителем доходов от нарушения им контракта и тем самым не допустить, чтобы он наживался на совершенных им преступлениях, нельзя исключить, что обычные правила, касающиеся нарушения контракта, по данному делу не применялись бы. Кроме того, суды страны всегда придавали огромное значение охране секретности в деятельности служб безопасности. Следовательно, постановление о представлении счета по прибыли за нарушение контракта, вынесенное в отношении заявителя, является разумно предвидимым шагом в развитии общего права, согласующимся с требованием «предвидимости» принимаемых государством мер, вытекающим из положений Статьи 10 Конвенции.
Решение
Жалоба признана неприемлемой, что касается Статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции. Даже если постановление о представлении счета по прибыли может считаться актом вмешательства в имущественные права заявителя, то он не являлся актом лишения собственности в значении положений Статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции.
Жалоба признана явно необоснованной.
[1] Pro bono publico (лат). – во благо общества, ради общественных интересов; такой латинской фразой обозначают ту работу адвокатов или адвокатских фирм, которая осуществляется ими бесплатно или на льготной основе для неимущих лиц, организаций, которые не могут позволить себе нанять высокооплачиваемых юристов для представительства своих интересов, или при проведении юридических акций общественной направленности (прим. перев.).
[2] Amicus curiae (лат.) – друг суда. В данном контексте обозначает эксперта, консультанта по правовым вопросам. Так называют физических лиц или организации, которые имеют интерес в юридических вопросах, исследуемых по делу в суде, и которым позволяется высказать свои взгляды и заключения по правовым вопросам в пользу той или другой стороны.
[3] Представление счета по прибыли по ходатайству истца означает затребование судом всей документации, отражающей доходы ответчика, после чего суд вправе определить сумму компенсации за причиненный ущерб, подлежащую выплате истцу (прим. перев.).
Full & Egal Universal Law Academy