© Совет Европы/Европейский Суд по правам человека, 2012. Суд не несет ответственность за содержание настоящего краткого изложения. Более подробная информация содержится в полном указании об авторских правах в конце документа.
© Council of Europe/European Court of Human Rights, 2012. This translation does not bind the Court. For further information see the full copyright indication at the end of this document.
© Conseil de l’Europe/Cour européenne des droits de l’homme, 2012. La présente traduction ne lie pas la Cour. Pour plus de renseignements veuillez lire l’indication de copyright/droits d’auteur à la fin du présent document.
Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда N 150
Март 2012 года
Аксу против Турции [Aksu v. Turkey] [Большая Палата] (жалоба N 4149/04)
Постановление от 15 марта 2012 г. [Большая Палата]
Статья 8
Статья 8 § 1
Неприкосновенность частной жизни
Публикации, предположительно оскорбительные для цыганской общины. Положения Конвенции не нарушены.
Факты
В 2000 году Министерство культуры опубликовало книгу под названием "Цыгане Турции", написанную младшим профессором. Заявитель выразил протест, утверждая, что книга содержит выражения, унижающие и оскорбляющие цыган, и впоследствии предъявил иск о возмещении вреда к министерству и автору книги. Суд первой инстанции отклонил иск заявителя, придя к выводу о том, что книга представляла собой результат научных исследований, была основана на научных данных и анализировала социальные структуры цыган в Турции, и что оспариваемые высказывания не оскорбляли заявителя. В ходе обжалования данное решение было оставлено без изменения.
Между тем, заявитель также предъявил иск в порядке гражданского судопроизводства к негосударственной организации, опубликовавшей при финансовой поддержке Министерства культуры два словаря под названиями "Турецкий словарь для учеников" и "Турецкий словарь", которые, как утверждал заявитель, содержали статьи, являвшиеся оскорбительными и дискриминационными по отношению к цыганам. Национальные суды отклонили и этот иск заявителя, установив, что определения и выражения словаря были основаны на исторических и социологических реалиях и что намерение унизить или оскорбить этническую группу отсутствовало. Суды также отметили, что иные похожие выражения на турецком языке в отношении других этнических групп также могли быть обнаружены в словарях и энциклопедиях.
В Постановлении от 27 июля 2010 г. (см. Информационный бюллетень N 132) Палата Европейского Суда постановила четырьмя голосами "за" и тремя - "против", что по делу требования статьи 14 Конвенции в совокупности со статьей 8 нарушены не были.
Вопросы права
Статья 8
(a) Применимость к делу положений Конвенции. Несмотря на тот факт, что Палата рассмотрела дело на основании статьи 14 в совокупности со статьей 8, Большая Палата пришла к выводу, что дело не затрагивает различие в обращении или дискриминацию по этническому признаку, поскольку заявитель не предоставил прямых доказательств того, что спорные публикации имели дискриминационные цели или последствия. Таким образом, дело не было сопоставимо с иными жалобами, ранее поданными членами цыганской общины. Соответственно, основным вопросом, который необходимо разрешить, является вопрос о том, привели ли спорные публикации к несоразмерному вмешательству в право заявителя на неприкосновенность его частной жизни. Таким образом, дело будет рассмотрено только с точки зрения статьи 8.
(b) Приемлемость жалобы (статус жертвы нарушения Конвенции). Большая Палата согласилась с тем, что, хотя спорные замечания и выражения не были нацелены лично на заявителя, он мог чувствовать себя оскорбленным замечаниями, касающимися этнической группы, к которой он принадлежал. Принимая во внимание этот вывод, а также тот факт, что в рамках разбирательств на уровне страны не возникал спор относительно права заявителя на предъявление иска, заявитель мог утверждать, что являлся жертвой обжалуемых фактов в значении cтатьи 34 Конвенции.
Постановление
Предварительное возражение властей отклонено (единогласно).
(c) Cущество жалобы
(i) Жалоба в отношении книги. Основной вопрос в деле заявителя касался соблюдения Государством-ответчиком своего позитивного обязательства по защите частной жизни заявителя от предполагаемого вмешательства со стороны автора книги. В делах, сходных с настоящим делом, в которых жалоба состояла в том, что права, защищаемые статьей 8, нарушались в результате осуществления другими лицами права на свободу выражения мнения, Европейский Суд должен был сопоставить права заявителя, гарантируемые статьей 8, с общественным интересом в защите свободы выражения мнения. Отклоняя иск заявителя на уровне двух инстанций, турецкие суды ссылались на заключение, подготовленное семью университетскими профессорами, которые характеризовали книгу как академическую работу, основанную на научных исследованиях, и полагали, что замечания и выражения в ней носили общий характер, не касались всех цыган и не составляли посягательство на идентичность заявителя. Эти выводы не были необоснованными или основанными на искажении фактов, имеющих отношение к делу. Так, например, хотя автор указывал на определенные правонарушения совершаемые некоторыми цыганами, проживающими в отдельных областях, нигде в книге он не делал негативных замечаний о цыганах в целом и не утверждал, что все цыгане занимаются незаконной деятельностью. Кроме того, в предисловии, введении и заключении книги автор прямо подчеркнул, что его намерение заключалось в том, чтобы пролить свет на неизвестный мир цыганской общины, которая подвергалась остракизму и была предметом преимущественно предвзятых суждений. В отсутствие доказательств неискренности высказываний автора вывод национальных судов о том, что он вложил много усилий в свою работу и не руководствовался расистскими намерениями, не был необоснованным. Заявитель смог возбудить разбирательство в суде и получил мотивированные решения по своему иску. Устанавливая соотношение между конфликтующими основными правами, предусмотренными статьями 8 и 10 Конвенции, турецкие суды осуществили оценку, основанную на принципах, сложившихся в устоявшейся прецедентной практике Европейского Суда, не вышли за рамки своей свободы усмотрения и не пренебрегли своим позитивным обязательством обеспечивать эффективное уважение частной жизни заявителя.
Постановление
Положения статьи 8 Конвенции нарушены не были (принято шестнадцатью голосами "за" и одним "против").
(ii) Жалоба в отношении словарей. Поскольку словарь является источником информации, перечисляющим слова языка и дающим их различные значения (основное описательное значение, но также фигуральные, аллегорические или метафорические значения), его основная цель состоит в отражении языка, используемого обществом. Спорные словари были значительными по объему и должны были полностью охватывать турецкий язык. Они содержали объективное определение слова "цыган", а также метафорические значения этого слова и ряд иных выражений, используемых в разговорном турецком языке, такие как "цыганские деньги" и "цыганский розовый". Предпочтительно было бы отмечать выражения, формирующие повседневный язык, как "пренебрежительные" или "грубые" (особенно в словаре, предназначенном для учеников), поскольку такое предупреждение также соответствовало бы Общеполитической рекомендации Европейской комиссии по борьбе с расизмом и нетерпимостью N 10*, которая устанавливает обязанность государств способствовать критическому мышлению среди учеников. Однако сам по себе этот элемент не был достаточен для Европейского Суда, чтобы заместить собственной точкой зрения позицию национальных судов, принимая во внимание то, что спорный словарь не был школьным учебником, являющимся частью официальной школьной программы. Таким образом, национальные власти не вышли за рамки своей свободы усмотрения и не проигнорировали свое позитивное обязательство по эффективному обеспечению неприкосновенности частной жизни заявителя.
Постановление
Положения статьи 8 Конвенции нарушены не были (принято шестнадцатью голосами "за" и одним "против").
* Общеполитическая рекомендация ЕКРН N 10о борьбе с расизмом и расовой дискриминацией в области школьного образования и на его основе, принятая 15 декабря 2006 г. Европейской комиссией по борьбе с расизмом и нетерпимостью (ЕКРН).
© Совет Европы/Европейский Суд по правам человека, 2012.
Официальными языками Европейского суда по правам человека являются английский и французский. Суд не несет ответственность за содержание и качество настоящего перевода. Доступ к нему может быть получен через базу данных по прецедентной практике Европейского суда по правам человека HUDOC () или любую другую базу данных, для использования в которой Суд его передал. Разрешается воспроизведение настоящего перевода в некоммерческих целях при условии указания полного наименования дела со ссылкой на авторские права. Для целей коммерческого использования любой части настоящего перевода, пожалуйста, обращайтесь по адресу: publishing@.
© Council of Europe/European Court of Human Rights, 2012.
The official languages of the European Court of Human Rights are English and French. This translation does not bind the Court, nor does the Court take any responsibility for the quality thereof. It may be downloaded from the HUDOC case-law database of the European Court of Human Rights () or from any other database with which the Court has shared it. It may be reproduced for non-commercial purposes on condition that the full title of the case is cited, together with the above copyright indication. If it is intended to use any part of this translation for commercial purposes, please contact publishing@.
© Conseil de l’Europe/Cour européenne des droits de l’homme, 2012.
Les langues officielles de la Cour européenne des droits de l’homme sont le français et l’anglais. La présente traduction ne lie pas la Cour, et celle-ci décline toute responsabilité quant à sa qualité. Elle peut être téléchargée à partir de HUDOC, la base de jurisprudence de la Cour européenne des droits de l’homme (), ou de toute autre base de données à laquelle HUDOC l’a communiquée. Elle peut être reproduite à des fins non commerciales, sous réserve que le titre de l’affaire soit cité en entier et s’accompagne de l’indication de copyright ci-dessus. Toute personne souhaitant se servir de tout ou partie de la présente traduction à des fins commerciales est invitée à le signaler à l’adresse suivante : publishing@
Full & Egal Universal Law Academy