По жалобе о нарушении статьи 9 Конвенции
Вопрос о соблюдении права на свободу исповедовать религию или убеждения
По делу обжалуется осуждение отказника от военной службы по убеждениям совести. По делу допущено нарушение требований статьи 9 Конвенции.
Баятян против Армении
[Bayatyan v. Armenia] (№ 23459/03)
Постановление от 7 июля 2011 г. [вынесено Большой Палатой]
ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА
Заявитель, член секты «Свидетели Иеговы», признанный пригодным для военной службы, уведомил власти об отказе от военной службы по причинам своих убеждений, но изъявил готовность отбыть альтернативную гражданскую службу. Получив повестку о призыве в мае 2001 года, заявитель не явился и временно покинул свое место жительства из опасения принудительного привода. Ему было предъявлено обвинение в уклонении от призыва, и в 2002 году он был приговорен к двум с половиной годам лишения свободы. В период, относящийся к обстоятельствам дела, в Армении отсутствовал закон, предусматривающий прохождение альтернативной гражданской службы для лиц, уклоняющихся от призыва в силу своих убеждений.
ВОПРОСЫ ПРАВА
По поводу соблюдения статьи 9 Конвенции. (a) Применимость. В этом деле Европейский Суд впервые рассмотрел вопрос применимости статьи 9 Конвенции к лицам, уклоняющимся от призыва в силу своих убеждений. Ранее Европейская комиссия по правам человека в ряде решений отказывала в применении этого положения к таким лицам на том основании, что подпункт «b» пункта 3 статьи 4 Конвенции исключает из понятия принудительного труда «всякую службу военного характера, а в тех странах, в которых правомерным признается отказ от военной службы на основании убеждений, службу, назначенную вместо обязательной военной службы»; признание лиц, уклоняющихся от призыва в силу своих убеждений, относилось на усмотрение государств-участников. Соответственно, вопрос исключался из сферы действия статьи 9 Конвенции, которая не могла толковаться как гарантирующая свободу от преследования за отказ от службы в армии. Однако это толкование статьи 9 Конвенции являлось отражением идей, преобладавших в то время. С тех пор произошло существенное развитие как на международном уровне, так и в национальных правовых системах государств – участников Совета Европы. К моменту предполагаемого вмешательства в права заявителя, предусмотренные статьей 9 Конвенции, в 2002–2003 годах, фактически был достигнут консенсус государствами-участниками, подавляющее большинство которых уже признало право на отказ от службы по мотивам убеждений. После освобождения заявителя из тюрьмы Армения также признала это право. Кроме того, Комитет по правам человека Организации Объединенных Наций нашел, что право на отказ от службы по мотивам убеждений может следовать из статьи 18 Международного пакта о гражданских и политических правах, а статья 9[1] Хартии Европейского союза по правам человека прямо указывает, что право на отказ от службы по мотивам убеждений признается в соответствии с национальным законодательством, регулирующим его осуществление. Кроме того, Парламентская Ассамблея Совета Европы и Комитет министров неоднократно призывали государства-участники, еще не сделавшие этого, признать право на отказ от службы по мотивам убеждений, и это постепенно стало предварительным условием для принятия в организацию новых государств-участников. С учетом вышеизложенного и доктрины «живого инструмента» Европейский Суд заключил, что изменение толкования статьи 9 Конвенции является необходимым и предсказуемым, и что это положение более не может толковаться во взаимосвязи с подпунктом «b» пункта 3 статьи 4 Конвенции. В любом случае из подготовительных материалов к статье 4 Конвенции следует, что единственная цель подпункта «b» пункта 3 заключалась в дальнейшем разъяснении понятия «принудительного или обязательного труда», что не признавало и не исключало право на отказ от службы по мотивам убеждений. Соответственно, он не мог иметь ограничивающих последствий для прав, гарантированных статьей 9 Конвенции.
Соответственно, хотя статья 9 Конвенции прямо не упоминает права на отказ от службы по мотивам убеждений, Европейский Суд установил, что неприятие военной службы, мотивированное серьезным и непреодолимым конфликтом между обязанностью служить в армии и убеждениями лица или глубоко и искренне исповедуемыми религиозными или иными взглядами, составляет убеждение или взгляд достаточных серьезности, связности и значения для использования гарантий статьи 9 Конвенции. Поскольку именно такова ситуация заявителя, статья 9 Конвенции применима к настоящему делу.
(b) Соблюдение. Уклонение заявителя от несения военной службы явилось исповеданием своих религиозных взглядов, и его осуждение представляло собой вмешательство в право на исповедание своей религии. Оставляя открытыми вопросы о том, было ли вмешательство предусмотрено законом, и преследовало ли оно законную цель, Европейский Суд перешел к рассмотрению пределов усмотрения, которыми пользовалось государство-ответчик в деле заявителя. С учетом того, что почти все государства – участники Совета Европы обеспечили альтернативы военной службе, государство, которое не сделало этого, имеет ограниченные пределы усмотрения и должно продемонстрировать, что любое вмешательство отвечало «неотложной общественной потребности». Однако в период, относящийся к обстоятельствам настоящего дела, существовавшая в Армении система возлагала на граждан обязанности, предусматривавшие серьезные последствия для лиц, уклоняющихся от службы по мотивам убеждений, не допуская никаких исключений и карая тех, кто подобно заявителю отказывались от несения военной службы. Следовательно, такая система не устанавливала справедливого равновесия между интересами общества в целом и отдельного лица. По мнению Европейского Суда, применение уголовной санкции к заявителю, не учитывавшее уважительных причин в виде религиозных взглядов, не могло считаться мерой, необходимой в демократическом обществе. Европейский Суд также отметил, что преследование и осуждение заявителя имели место после того, как власти Армении официально обязались при вступлении в Совет Европы ввести альтернативную военную службу в определенный срок и исполнили это обязательство меньше чем через год после осуждения заявителя. При таких обстоятельствах осуждение заявителя, противоречившее официальной политике реформ и законодательным изменениям во исполнение международных обязательств Армении, не может рассматриваться как вызванное неотложной общественной потребностью.
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
По делу допущено нарушение требований статьи 9 Конвенции (вынесено 16 голосами «за» и одним – «против»).
КОМПЕНСАЦИЯ
В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил выплатить заявителю 10 000 евро в качестве компенсации морального вреда.
[1] Имеется в виду пункт 2 статьи 10 Хартии. Статья 9 Хартии исключает попытки помешать заключению брака (прим. переводчика).
Full & Egal Universal Law Academy