По жалобам о нарушении статьи 3 Конвенции
Вопрос о запрещении унижающего достоинство обращения
По делу обжалуются отсутствие самостоятельного доступа заключенного-паралитика к тюремному оборудованию и отсутствие организованной помощи в передвижении и повседневной деятельности. По делу допущено нарушение требований статьи 3 Конвенции.
Гримайлов против Латвии
[Grimailovs v. Latvia] (№ 6087/03)
Постановление от 25 июня 2013 г. [вынесено IV Секцией]
ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА
В июне 2002 года заявитель, имевший металлическую вставку в позвоночнике после перелома последнего за два года до этого, был приговорен к пяти с половиной годам лишения свободы[1]. В своей жалобе в Европейский Суд заявитель, в частности, ссылался на то, что тюремные учреждения не подходили ему как паралитику, пользующемуся инвалидной коляской. В 2006 году он был условно освобожден.
ВОПРОСЫ ПРАВА
По поводу соблюдения статьи 3 Конвенции. Заявитель содержался в течение почти двух с половиной лет в стандартном учреждении, не приспособленном для лиц, использующих инвалидные коляски. Хотя государство-ответчик утверждало, что заявитель был помещен в специальный блок для заключенных с проблемами здоровья, по-видимому, там было не меньше архитектурных или технических барьеров, чем в общих частях тюрьмы. Имелся пандус для облегчения лицам, использующим инвалидные коляски, доступ во двор, но другие зоны, такие как столовая, туалеты, сауны, библиотека, магазин, гимнастический зал, комнаты свиданий и телефонных переговоров, оставались недоступными. В то время как заявитель не был заперт в камере в дневное время и мог перемещаться в пределах жилой зоны своего блока, возможности их использования были ограничены его параличом. Он не мог пользоваться душем, а его еженедельные посещения сауны не давали ему адекватной возможности поддержания личной гигиены ввиду ее недоступности и ограниченной доступности. Кроме того, не принимались меры для смягчения трудностей, вызванных недоступностью санитарного оборудования при встрече с женой в рамках семейных посещений, которые согласно латышскому законодательству могли продолжаться до 48 часов. При использовании широких пределов усмотрения при разрешении вопроса о семейных посещениях государства должны надлежащим образом учитывать потребности и ресурсы общества и лиц. Размещение заявителя в учреждении, где он надлежащим образом не мог умываться и пользоваться туалетом, хотя бы даже в течение ограниченного периода, едва ли может считаться совместимым с уважением человеческого достоинства.
Заявитель должен был пользоваться помощью сокамерников в повседневной жизни и передвижении по тюрьме, несмотря на то, что они не имели подготовки и необходимой квалификации. Хотя медицинский персонал посещал заявителя в камере во время обычных обходов, он не оказывал ему помощи в повседневных нуждах. Обязанность государства обеспечивать адекватные условия содержания под стражей включала обеспечение особых нужд заключенных с ограниченными возможностями, и государство не могло освободиться от этой обязанности переложением ее на сокамерников.
В свете вышеизложенных соображений и их совокупных последствий условия содержания заявителя под стражей с учетом его инвалидности и, в частности, неспособность самостоятельно использовать различное тюремное оборудование, включая санитарное, и отсутствия организованной помощи при передвижении по тюрьме или повседневной деятельности достигли уровня суровости, составляющей унижающее достоинство обращения.
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
По делу допущено нарушение требований статьи 3 Конвенции (принято единогласно).
Европейский Суд также установил, что по делу допущено нарушение требований статьи 3 Конвенции в части отсутствия эффективного расследования утверждений заявителя о жестоком обращении со стороны полицейских в сентябре 2001 года.
КОМПЕНСАЦИЯ
В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил заявителю 5 000 евро в качестве компенсации морального вреда и 6 000 евро в качестве компенсации материального ущерба.
(См. также Постановление Европейского Суда от 18 декабря 2012 г. по делу «Чупраков против Латвии» [Čuprakovs v. Latvia], жалоба № 8543/04, Решение Европейского Суда от 17 апреля 2012 г. по делу «Туржинский против Польши» [Turzynski v. Poland], жалоба № 61254/09, Постановление Европейского Суда от 12 февраля 2013 г. по делу «D.G. против Польши» [D.G. v. Poland], жалоба № 45705/07, Решение Европейского Суда от 12 февраля 2013 г. по делу «Тодоров против Болгарии» [Todorov v. Bulgaria], жалоба № 8321/11.)
[1] Заявитель, подозревавшийся в управлении транспортом в нетрезвом виде, был осужден за драку с полицейскими и хранение огнестрельного оружия (прим. переводчика).