© Перевод предоставлен российским изданием «Бюллетень Европейского Суда по правам человека» (www.echr.today). Разрешение на публикацию перевода на русский язык дано исключительно для его включения в базу данных HUDOC Европейского Суда.
© This translation is available in the Bulletin of the European Court of Human Rights (www.echr.today). Permission to re-publish this translation into Russian has been granted for the sole purpose of its inclusion in the Court’s database HUDOC.
Хаас против Нидерландов
[Haas – the Netherlands] (№ 36983/97)
Постановление от 13 января 2004 г. [вынесено II Секцией]
Обстоятельства дела
заявитель был рожден вне брака в результате связи между его матерью и P., который никогда не признавал заявителя своим сыном. P., тем не менее, регулярно снабжал маты заявителя деньгами и проводил с обоими свободное время, выезжая с ними на однодневные прогулки и делая заявителю подарки. Заявитель утверждал, что называл P. «папочкой». P. скончался, не оставив завещания, и K., его племянник и единственный законный наследник, унаследовал его состояние.
Хаас предъявил K. иск, чтобы получить имущество P. Свои исковые требования он обосновывал следующими соображениями: во-первых, он утверждал, что между ним и покойным, который по его словам был его биологическим отцом, существовали семейные связи в пределах значения Статьи 8 Конвенции; во-вторых, он указывал, что голландское право предусматривает различение для целей наследования между детьми, рожденными в браке, и детьми, рожденными вне брака, что противоречит положениям Статьи 14 Конвенции.
Окружной суд отклонил его правопритязания, указав, что принцип правовой определенности требует, чтобы в круг законных наследников входили бы лица, имеющие доказуемые юридические семейные связи со скончавшимся наследодателем. Суд установил, что в данном случае любое гипотетическое вмешательство государства в реализацию права заявителя на семейную жизнь было предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе. Следовательно, суд счел излишним принимать меры к установлению факта биологического отцовства P., хотя Хаас утверждал, что Р. был его отцом.
Жалоба заявителя на это решение Окружного суда была отклонена Верховным судом Нидерландов. Суд мотивировал отклонение жалобы следующим: отказ в праве наследовать имущество, обосновываемый только тем, что наследование невозможно ввиду незаконнорожденности потенциального наследника, действительно может вступить в противоречие с положениями Статей 8 и 14 Конвенции; однако могут существовать другие объективные основания для ограничения прав наследования «незаконнорожденными» детьми. При этом Верховный суд отметил, что парламент собирается пересмотреть нормы законодательства в данной сфере.
Вопросы права
По поводу Статьи 8 и Статьи 14 Конвенции (примененных по делу в увязке друг с другом). Спорадические контакты заявителя с Р. Не могут считаться образующими «семейную жизнь» в значении Статьи 8 Конвенции. Кроме того, до подачи заявителем иска о признании его наследником имущества Р., Хаас не пытался в судебном порядке добиться признания его сыном Р. или стать частью его семьи в смысле обретения чувства эмоциональной уверенности в своем с ним родстве. В результате факты дела таковы, что на данный случай не попадает в сферу действия Статьи 8 Конвенции. Вопрос, который рассматривался судами Нидерландов, был не в «семейной жизни» заявителя, а скорее в доказательствах, которыми можно было бы обосновать признание наличия связей между ним и покойным. Европейский Суд отмечает при этом, что поскольку в Нидерландах принято новое законодательство по вопросам наследования, у Хааса появилась возможность обратиться в суд с иском о признании Р. его отцом.
Постановление
Статьи 8 и 14 Конвенции по данному делу неприменимы (принято единогласно).
Full & Egal Universal Law Academy