По жалобам о нарушении статьи 8 Конвенции
Вопрос о правомерности высылки
По делу обжалуется отказ в возобновлении вида на жительство в связи с задолженностью заявителя и зависимости от публичных средств. По делу допущено нарушение требований статьи 8 Конвенции.
Хасанбашич[1] против Швейцарии
[Hasanbasic v. Switzerland] (№ 52166/09)
Постановление от 11 июня 2013 г. [вынесено II Секцией]
ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА
Заявители являются супругами из Боснии и Герцеговины. Жена проживала в Швейцарии с 1969 года, а муж – с 1986 года. У них двое детей. В 2004 году Хасанбашич уведомил иммиграционные органы о том, что выезжает из Швейцарии на родину, где он построил дом. Его вид на жительство был соответственно отменен. Он вернулся в Швейцарию через четыре месяца по туристической визе и проживал со своей женой. Последняя подала заявление о разрешении на его пребывание в стране по программе воссоединения семей, но оно было отклонено, в частности, на тех основаниях, что семья зависела от пособий и накопила задолженность на сумму примерно в 133 300 евро, и Хасанбашич был осужден за совершение девяти преступлений в 1995–2002 годах.
ВОПРОСЫ ПРАВА
По поводу соблюдения статьи 8 Конвенции. Вмешательство в право заявителей на уважение личной и семейной жизни соответствовало закону и преследовало законные цели экономического благосостояния страны, предотвращения беспорядков или преступлений и защиты прав и свобод других лиц. Фундаментальные принципы, применимые к высылке лица за совершение преступления, прожившего в стране значительный срок, хорошо известны в прецедентной практике Европейского Суда и недавно упоминались, например, в делах Юнера, Маслова и Эмре[2]. Настоящее дело отличается от указанных дел, поскольку жалоба заявителей на отказ швейцарских властей в возобновлении вида на жительства основывается прежде всего на прочных связях семьи в швейцарском обществе ввиду ее длительного проживания в этой стране. Судимости мужа, по-видимому, играли лишь вспомогательную роль в решении национальных властей. В любом случае вышеупомянутые принципы должны применяться к такой ситуации с необходимыми изменениями.
К моменту вынесения решения Федерального суда в 2009 году заявители непрерывно проживали в Швейцарии в течение 40 и 23 лет соответственно, за исключением четырех месяцев в 2004 году. Кроме того, с 1979 году Хасанбашич имела разрешение более постоянного характера, чем простой вид на жительство. Таким образом, Швейцария являлась центром личной и семейной жизни заявителей в течение многих лет. Муж несколько раз был судим в 1995–2002 годах и приговаривался к штрафу, не превышавшему 400 швейцарских франков, и в общей сложности – к 17 дням лишения свободы за преступления против безопасности дорожного движения и неразрешенное проникновение. Эти преступления не относились к тяжким и должны рассматриваться в перспективе. Вместе с тем с 2002 года заявитель больше не совершал преступлений. Следовательно, он не мог считаться представляющим угрозу для безопасности или общественного порядка.
По-видимому, в оценке властями этих интересов главную роль сыграла внушительная задолженность, накопившаяся у семьи, и значительная сумма, полученная ею в качестве социальных пособий (в общей сложности примерно 333 000 швейцарских франков, или 277 500 евро). Экономическое благосостояние страны прямо предусмотрено Конвенцией в качестве законной цели, оправдывающей вмешательство в право на уважение личной и семейной жизни. Таким образом, швейцарские власти оправданно приняли во внимание задолженность заявителей и их зависимость от системы социального обеспечения, поскольку эта зависимость затрагивала экономическое благосостояние страны. Тем не менее это только один фактор из тех, которые должны быть рассмотрены Европейским Судом.
Действительно, с учетом возраста детей, поскольку заявители не доказали наличие дополнительных элементов зависимости между ними и детьми, выходящей за рамки обычных эмоциональных связей, они не могли ссылаться на семейные связи в соответствии со статьей 8 Конвенции. Однако семейные связи не были полностью лишены значения для анализа семейной ситуации заявителей. Тот факт, что муж мог периодически посещать Швейцарию при наличии надлежащего разрешения, не мог рассматриваться как заменяющий право заявителей на совместное проживание.
Заявители имели большие социальные связи в Швейцарии, и с учетом длительности их проживания там возвращение в страну происхождения, несомненно, создало бы для них некоторые сложности. На родине они имели дом, и там проживали один из детей от прежнего брака Хасанбашича и его сестра. В августе 2004 года заявитель сообщил швейцарским властям, что возвращается в Боснию и Герцеговину для постоянного проживания, что было одной из основных причин для отказа в возобновлении его вида на жительство. Однако этот довод подлежит оценке с учетом дальнейшего развития событий. Кроме того, здоровье Хасанбашича серьезно ухудшилось, в связи с чем он нуждался в постоянном лечении. Нельзя исключать, что его устранение из знакомой обстановки в Швейцарии могло бы отрицательно повлиять на его ухудшающееся здоровье и вызвать новые медицинские осложнения. Следовательно, хотя состояние здоровья заявителя само по себе не являлось достаточным для принуждения швейцарских властей к возобновлению его вида на жительство, оно не могло полностью игнорироваться в общем равновесии интересов. Наконец, тот факт, что заявитель не получил бы пенсию по инвалидности в случае возвращения в страну происхождения, мог отрицательно влиять на его ситуацию. Таким образом, хотя экономическое благосостояние страны действительно могло быть законной причиной для отказа в возобновлении вида на жительство, эта причина должна оцениваться с учетом всех обстоятельств дела. В настоящем деле, в частности, ввиду значительного срока проживания заявителей в Швейцарии и их неоспоримой социальной интеграции в этой стране данная мера не была оправдана неотложной общественной необходимостью и не была пропорциональна преследуемым законным целям. Соответственно, государство-ответчик вышло за пределы своего усмотрения.
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
По делу допущено нарушение требований статьи 8 Конвенции (принято единогласно).
КОМПЕНСАЦИЯ
В порядке применения статьи 41 Конвенции. Требование о компенсации ущерба не предъявлялось.
[1] Несмотря на отсутствие диакритических знаков в оригинале, по-видимому, заявители носили эту распространенную в бывшей Югославии фамилию (прим. переводчика).
[2] Постановление Европейского Суда от 18 октября 2006 г. по делу «Юнер против Нидерландов» [Üner v. Netherlands], жалоба № 46410/99, «Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека» [Information Note on the Case-law of European Court of Human Rights] № 90, Постановление Европейского Суда от 23 июня 2008 г. по делу «Маслов против Австрии» [Maslov v. Austria], жалоба № 1638/03, «Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека» [Information Note on the Case-law of European Court of Human Rights] № 109, Постановление Европейского Суда от 22 мая 2008 г. по делу «Эмре против Швейцарии» [Emre v. Switzerland], жалоба № 42034/04.