ПЯТАЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО КОРОСТЫЛЕВА против УКРАИНЫ
(Заявление № 33643/03)
РЕШЕНИЕ
СТРАСБУРГ
13 июня 2013 года
Это решение станет окончательным при условиях, изложенных в статье 44 § 2 Конвенции. Оно может быть отредактировано.
По делу Коростылева против Украины
Европейский суд по правам человека (Пятая секция), заседая Палатой в составе:
Mark Villiger, президент,
Ann Power-Forde,
Ganna Yudkivska,
André Potocki,
Paul Lemmens,
Helena Jäderblom,
Aleš Pejchal, судьи,
и Claudia Westerdiek, секретарь секции,
Рассмотрев дело в закрытом заседании 21 мая 2013 года,
Провозглашает следующее решение, принятое в этот день:
ПРОЦЕДУРА
1. Данное дело основано на заявлении (№ 33643/03) против Украины, поданном в Суд в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – «Конвенция») гражданином Украины, г-ном Николаем Александровичем Коростылевым (далее – «заявитель»), 24 сентября 2003 года.
2. Интересы заявителя, которому была предоставлена финансовая помощь для оплаты юридических услуг, представлял г-н А. Кристенко, юрист, практикующий в Харькове. Украинское правительство (далее – «Правительство») представлял его уполномоченный, г-н Н. Кульчицкий, представитель Министерства юстиции.
3. Заявитель в частности жаловался, что он подвергался жестокому обращению со стороны сотрудников милиции, условия его содержания под стражей и дальнейшего заключения были бесчеловечным, его предварительное содержание под стражей было незаконным, и суд над ним был несправедлив. Он также утверждал, что не имел возможности получить копии документов для обоснования своего заявления.
4. 11 января 2011 года Правительство было извещено о том, что заявитель подал жалобу. 22 июня 2011 года Суд предложил Правительству предоставить свои возражения в отношении приемлемости жалобы и ее сути.
5. После рассмотрения запроса заявителя о проведении слушания, Палата постановила, что согласно Правилу 54 § 3 Регламента Суда, проведение слушания не обязательно.
ФАКТЫ
I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА
6. Заявитель родился в 1956 году и в настоящее время отбывает заключение в Днепропетровской исправительной колонии (далее – «колония»).
A. Уголовное дело в отношении заявителя
7. 21 января 2000 года заявитель был арестован органами милиции по подозрению в преднамеренном убийстве двух лиц в октябре 1999 года. Согласно утверждениям заявителя, в ходе его ареста он был жестоко избит неустановленными сотрудниками милиции. Заявитель не был осмотрен врачом.
8. Заявитель также утверждал, что в ходе его допроса в отделении милиции он подвергался психологическому давлению, которое включало в себя угрозы жизни и здоровью членов его семьи. В результате жестокого обращения по отношению к заявителю он предположительно сознался в совершении убийств. Заявитель утверждал, что не имел доступа к юридической помощи во время допроса, проведенного сотрудниками милиции. Он также утверждал, что был в состоянии алкогольного опьянения во время вышеуказанного допроса.
9. Правительство оспорило утверждения заявителя, указав, что он не подвергался предположительному жестокому обращению и был допрошен сотрудниками милиции в присутствии адвоката, г-жи П., которая была вызвана милицией по просьбе заявителя для оказания ему юридической помощи. 21 января 2000 года Правительство предоставило копию стенографического отчета, в которой говорилось, что г-жа П. принимала участие в допросе, в ходе которого заявитель сознался в убийстве двух лиц и ограблении третьего лица – г-жи Т.
10. 22 января 2000 года заявитель был переведен в Изолятор временного содержания Одесского городского управления МВД (далее – «ИВС»), где, согласно его заявлениям, условия содержания были бесчеловечными и унижающими человеческое достоинство. Заявитель также утверждал, что он периодически подвергался избиениям во время пребывания под стражей в ИВС.
11. 9 февраля 2000 года заявитель был переведен в Одесский следственный изолятор (далее – «СИЗО»), где он предположительно содержался в бесчеловечных условиях.
12. Правительство опротестовало благонадежность утверждений заявителя о жестоком к нему обращении в местах заключения и указало на то, что эти утверждения не были подтверждены доказательствами.
13. В феврале 2000 года заявитель был также обвинен в убийстве г-жи Т.
14. Во время последующего досудебного допроса он давал противоречивые показания в отношении его участия в преступлениях, в которых он обвинялся, в некоторых случаях отказываясь от своих предыдущих показаний. Во время допроса заявителю оказывалась юридическая помощь.
15. Расследование было завершено в июне 2000 года, по его результатам заявителю и нескольким другим лицам были предъявлены обвинения по нескольким статьям: убийство при отягощающих обстоятельствах, ограбление, бандитизм и незаконное владение оружием.
16. В ходе расследования заявитель менял адвокатов несколько раз. Во время суда интересы заявителя защищал г-н К. – адвокат, которого, согласно утверждениям Правительства, наняла жена заявителя. Заявитель не сообщал никаких подробностей в отношении того, каким образом данный адвокат был назначен представлять его интересы.
17. Не смотря на желание заявителя, чтобы в судебном процессе его защищала жена, ему было отказано в этом, так как ее допрашивали в качестве свидетеля по делу.
18. В ходе судебного разбирательства заявитель частично признал свою вину в совершении некоторых преступлений, вменяемых ему, кроме убийств. Заявитель также жаловался, что его самообличительные показания были получены под давлением.
19. 27 июня 2002 года Одесский областной апелляционный суд (далее – «Одесский суд») признал заявителя и трех других лиц виновными в бандитизме, незаконном владении оружием и по нескольким эпизодам ограблений и убийств, совершенных в 1999 году, и приговорил заявителя к пожизненному заключению с конфискацией всего его имущества. Одесский суд основывал свое решение на показаниях нескольких свидетелей и потерпевших и частично на показаниях, данных самим заявителем и соподсудимыми в ходе расследования и судебного разбирательства, а также на нескольких судебно-медицинских, баллистических и других экспертных заключениях. Суд далее отметил, что утверждения заявителя о том, что он был в состоянии алкогольного опьянения во время допроса 21 января 2000 года, были необоснованными.
20. В июле 2002 года заявитель подал кассационную жалобу в Верховный суд, в которой он главным образом жаловался на то, что самообличительные заявления, сделанные им и соподсудимыми на которые ссылался суд первой инстанции, были получены под пытками. Позже заявитель изменил свою кассационную жалобу, заявив, что Одесский суд неточно установил факты и незаконно приговорил его к пожизненному заключению. Согласно утверждениям заявителя, такое наказание не могло быть применено за преступления, совершенные до 1 сентября 2001 года. Заявитель также жаловался, что суд первой инстанции отказал ему в том, чтобы его юридическую защиту в суде осуществляла его жена, при этом никакой видеозаписи на судебных заседаниях не производилось.
21. 13 февраля 2003 года заявитель подал ходатайство в Одесский суд о замене г-на К. другим адвокатом, г-ном М. Заявитель утверждал, что у него не было никакого контакта с г-ном К., который был назначен Одесским судом для представления его интересов, и что г-н К. должен был быть подвернут дисциплинарному взысканию за «нарушение его обязанности предоставлять юридическую помощь». Однако заявитель не сообщил каких-либо деталей в отношении этого предполагаемого нарушения.
22. В тот же день г-н К. предоставил Одесскому суду заявление о том, что он встречался с заявителем в СИЗО несколькими часами ранее для оказания ему юридической помощи. Согласно показаниям адвоката, во время этой встречи заявитель отказался от сотрудничества и оскорблял его. Адвокат также заявил, что ранее оказывал заявителю помощь в составлении кассационной жалобы. Заявление адвоката содержало две подписи, которые, согласно его пояснениям, принадлежали охранникам СИЗО, в присутствии которых он подготовил этот документ.
23. 17 марта 2003 года Одесский суд отказал заявителю в его ходатайстве, отмечая, что во время судебных слушаний заявитель не предъявлял никаких жалоб, касающихся представления его интересов г-ном К.. Суд постановил, что г-н М. не мог быть назначен представителем заявителя, так как он представлял интересы одного из соподсудимых в этом же деле – и заявитель, и соподсудимый давали противоречивые показания касательно обстоятельств дела. Суд также отметил, что заявитель закончил ознакомление с материалами дела.
24. 14 апреля 2003 года заявитель подал запрос в Верховный суд об оказании ему юридической помощи согласно действующему законодательству. Такой же запрос был внесен в измененную апелляционную жалобу, которая была подана в Верховный суд в тот же день.
25. Верховный суд в своем письме от 17 апреля 2003 года уведомил заявителя о том, что в его ходатайстве о предоставлении ему адвоката было отказано, так как его интересы уже представлял г-н К., который был надлежащим образом уведомлен о слушании в этом суде, назначенном на 15 мая 2003 года. Верховный суд также отметил, что если заявитель желает нанять другого адвоката, он может это сделать согласно Статье 47 Уголовно-процессуального кодекса 1960 года, и этот суд, в общем, не занимается обеспечением заключенных юридической помощью. Неизвестно, состоялось ли фактически судебное заседание, назначенное на 15 мая 2003 года.
26. 10 июля 2003 года в присутствии заявителя Верховный суд рассмотрел дело по сути. Верховный суд частично изменил квалификацию уголовных деяний заявителя, оставив при этом в силе большинство решений суда первой инстанции и приговор. Суд также отказал в жалобе заявителя в отношении того, что его наказание не основывалось на вступившем в силу в то время законе, постановив, что заявитель был приговорен за преступления, максимальным наказанием за которые во время их совершения была смертная казнь. После того как 29 декабря 1999 года Конституционный суд постановил, что положения о смертной казни противоречат Конституции, Парламент своим Актом от 22 февраля 2000 года заменил эту санкцию пожизненным заключением.
27. Верховный суд также отметил, что слушания в суде первой инстанции проводились с аудиофиксацией, а жена заявителя не имела права оказывать ему юридическую помощь, так как ее допрашивали в качестве свидетеля по делу.
28. В 2004 году заявитель был переведен в тюрьму для отбывания наказания.
29. В 2005 году заявитель подал гражданские иски против сотрудников милиции, прокуроров и Одесского суда в несколько судов в целях получения компенсации за вынесенный ему предположительно несправедливый приговор. Данные иски были отклонены судами по причине несоблюдения заявителем процессуальных норм.
B. Заявление в Суд
30. После того как заявитель подал свою жалобу в Суд, ему было предложено предоставить копии различных документов, касающихся его жалобы, включая полную копию решения от 27 июня 2002 года и копию его кассационной жалобы. Заявитель не смог предоставить такие копии до ноября 2011 года, утверждая, что органы власти отказали ему в возможности получить их. Согласно утверждениям Правительства, заявитель не обращался в письменном виде с запросом о предоставлении копий решения или кассационной жалобы. Через какое-то время копии решения от 27 июня 2002 года и кассационной жалобы заявителя были предоставлены сторонами.
31. 25 октября 2004 года заявитель подал письменный запрос в Одесский суд о предоставлении ему копий протоколов судебных заседаний по его уголовному делу, которые собирался предоставить Суду для обоснования его жалобы. Одесский суд в своем ответе от 12 ноября 2004 года отказал в ходатайстве, указывая на то, что национальным законодательством не предусмотрено предоставление копий таких документов, и что заявителю ранее была предоставлена возможность ознакомиться с протоколами судебных заседаний по его уголовному делу.
32. 12 июня 2006 года Одесский суд предоставил копию решения от 27 июня 2002 года жене заявителя по ее письменному запросу.
II. СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО
33. Национальное законодательство, касающееся обжалования заявителем незаконного приговора к пожизненному заключению, было изложено в деле Найден против Украины (№ 16474/03, §§ 33-34, от 14 октября 2010 года). Положения Уголовно-процессуального кодекса 1960 года, касающиеся обязательного предоставления юридической помощи, были изложены в деле Довженко против Украины (№ 36650/03, § 31, от 12 января 2012 года).
ПРАВО
I. ПРЕДЕЛЫ РАССМОТРЕНИЯ ДЕЛА
34. Суд отмечает, что после передачи дела на коммуникацию Правительству заявитель подал новую жалобу по Статье 34 Конвенции. В частности, в своих заявлениях от 27 февраля 2012 года заявитель жаловался, что, находясь в тюрьме, он получил поврежденный конверт, в котором находилось письмо от Суда, в нем Суд предлагал заявителю ответить на возражения Правительства и копии этих возражений вместе с другими приложенными документами. Заявитель предполагал, что данный конверт был вскрыт тюремной администрацией. Он также предполагал, что из конверта были изъяты копии документов, на которые ссылалось Правительство в своих возражениях.
35. По мнению Суда, новая жалоба заявителя не являлась уточненным вариантом его первоначальных жалоб в Суд, на которые стороны уже предоставили ответы. Таким образом, Суд считает, что будет неверным рассматривать эти обстоятельства в контексте данного дела (см. Piryanik v. Ukraine (Пиряник против Украины), № 75788/01, § 20, от 19 апреля 2005 года).
II. ЗАЯВЛЕННОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 6 КОНВЕНЦИИ
36. Заявитель жаловался, что уголовные процедуры, примененные к нему, являлись несправедливыми. В частности, он утверждал, что Одесский суд не обладал достаточной компетенцией для привлечения его к ответственности, неверно применил законодательство и оценил доказательства в деле, незаконно использовал показания самообличающего характера, полученные от него под пытками, и его право на юридическую помощь было нарушено.
37. Заявитель ссылается на Статью 6 §§ 1 и 3 (c) Конвенции, которая гласит следующее:
“1. При определении... любого уголовного обвинения, предъявленного ему, каждый имеет право на справедливое ... судебное разбирательство ... судом, созданным на основании закона ...
...
3. Каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет как минимум следующие права:
...
(c) защищать себя лично или через выбранного им самим защитника или, если у него нет достаточных средств для оплаты услуг защитника, иметь назначенного ему защитника бесплатно, когда того требуют интересы правосудия;
...”
38. Правительство утверждает, что заявитель не обжаловал в Верховном суде его нарушенное право на юридическую помощь и несоблюдение Одесским судом требования того, чтобы его дело было рассмотрено «судом, созданным на основании закона» и, таким образом, не исчерпал все национальные средства эффективной защиты. Согласно утверждениям Правительства, остальные жалобы заявителя по Статье 6 Конвенции были необоснованными.
39. Заявитель не обжаловал утверждения Правительства, кроме тех, которые касались заявленного им нарушения его права на юридическую помощь в процессе в Верховном суде. В этом отношении он заявлял, что исчерпал все доступные ему национальные средства эффективной защиты. В частности, заявитель просил Верховный суд назначить ему адвоката для представления его интересов в процессе в этом суде (см. параграф 24 выше). Тем не менее его прошение не было удовлетворено.
40. Заявитель далее утверждает, что, учитывая отсутствие у него средств, серьезность рисков и саму природу кассационной процедуры, органы власти были обязаны предоставить ему бесплатную юридическую помощь на этапе рассмотрения дела кассационным судом. Тем не менее, Верховный суд не признал за собой такой обязанности. Заявитель также утверждал, что национальное законодательство не предусматривает процедуры предоставления юридической помощи на этом этапе процесса.
41. Суд отмечает, что заявитель не обжаловал некоторые вопросы по Статье 6 Конвенции в Верховном суде, а именно полномочия Одесского суда привлекать его к ответственности и нарушение его права на юридическую помощь, так как последний вопрос касается процессов, которые проходили до того, как заявитель был осужден 27 июня 2002 года. Таким образом, эти жалобы должны быть отклонены, так как все национальные средства эффективной защиты не были исчерпаны.
42. Даже если предположить, что заявитель удовлетворил бы требования по исчерпанию всех национальных средств эффективной защиты в отношении жалобы о нарушении его права на юридическую помощь в процессе в Верховном суде, Суд считает, что данная жалоба не обоснованна. В частности, Суд отмечает, что г-н К., адвокат, представлявший интересы заявителя в суде, был, очевидно, готов продолжать защищать заявителя в последующих процедурах. Тем не менее, заявитель отказался от его помощи без предоставления приемлемого объяснения и принял меры для того, чтобы его поменять на адвоката, который ранее представлял интересы одного из соподсудимых. И Одесский суд, и Верховный суд рассмотрели просьбы заявителя в этом отношении и постановили, что оснований для смены г-на К. или для предоставления разрешения жене заявителя принимать участие в процессах в качестве защитника заявителя не было. Суд не нашел причин не согласиться с этими решениями (см. Vasiliy Ivashchenko v. Ukraine (Иващенко против Украины), № 760/03, § 91, от 26 июля 2012 года). Хотя заявитель сообщал этому Суду, что у него не было достаточных средств, чтобы обеспечить защиту своих интересов г-ном К. в кассационных процедурах, Суд отмечает, что заявитель не сообщал об этом национальным органам власти (см. Maksimenko v. Ukraine (Максименко против Украины), № 39488/07, § 26, от 20 декабря 2011 года). Заявитель не предоставил детальной информации о договоренности, на основании которой г-н К. представлял его интересы, включая стоимость юридических услуг. Тот факт, что г-н К. не присутствовал на судебном заседании, которое состоялось 10 июля 2003 года в Верховном суде, мог быть связан с нежеланием заявителя сотрудничать с ним, и не может вменяться в вину Правительству. В любом случае, Суд отмечает, что заявителю не препятствовали в получении юридической помощи от г-на К., который был знаком с делом и имел достаточный доступ к материалам дела. Хотя Суд ранее постановил, что Уголовно-процессуальный кодекс 1960 года не предусматривал процедуру предоставления бесплатной юридической помощи в процессах в Верховном суде (см. Maksimenko (Максименко против Украины), упомянутое выше в § 31), в данном деле не было доказано, что этот недостаток нанес какой-либо ущерб защите заявителя.
43. Суд далее отмечает, что остальные жалобы заявителя являются необоснованными. В частности, нет никаких доказательств того, что самообличительные показания заявителя были добыты под давлением или в нарушение права заявителя на юридическую помощь. Выводы суда по фактам и праву основывались на достаточном количестве доказательств и не выглядят произвольными или явно неразумными.
44. Учитывая вышеупомянутое, Суд постановил, что эта часть жалобы должна быть признана неприемлемой согласно Статье 35 §§ 1, 3 (a) и 4 Конвенции.
III. ЗАЯВЛЕННОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 34 КОНВЕНЦИИ
45. Заявитель жалуется, что органы власти отказали ему в возможности получить копии документов из материалов дела, которые он хотел предоставить Суду для обоснования его жалобы. Он ссылается на Статью 34 Конвенции, которая гласит следующее:
«Суд может принимать жалобы от любого физического лица, любой неправительственной организации или любой группы частных лиц, которые утверждают, что явились жертвами нарушения одной из Высоких Договаривающихся Сторон их прав, признанных в настоящей Конвенции или в Протоколах к ней. Высокие Договаривающиеся Стороны обязуются никоим образом не препятствовать эффективному осуществлению этого права».
46. Правительство утверждает, что Украина соблюла требования Статьи 34 Конвенции. Они заявляют, что копия приговора заявителя была предоставлена жене заявителя на основании ее запроса (см. § 32 выше), ни заявитель, ни его родственники не подавали письменного запроса копии его кассационной жалобы в суды. Правительство далее утверждает, что во время уголовных процедур в отношении заявителя, ему была оказана помощь несколькими адвокатами, которым была предоставлена возможность сделать копии всех документов, содержавшихся в материалах дела. Правительство также отмечает, что копия кассационной жалобы заявителя была приложена к его возражениям по делу.
47. Заявитель обжаловал утверждения Правительства. В частности, он заявлял, что его жене была предоставлена только копия его приговора, в то время как другие документы, которые ему были необходимы для подачи жалобы, не были ей предоставлены, и у него не было средств нанять адвоката, который смог бы помочь с получением копий остальных документов из материалов дела.
48. Суд отмечает, что он уже имел дело с подобными обвинениями в создании препятствий для осуществления права подавать индивидуальные жалобы в нескольких делах, касающихся Украины. В частности, в деле Vasiliy Ivashchenko (Василий Иващенко против Украины), упомянутом выше в § 123, Суд постановил, что украинская правовая система не предусматривала для заключенных понятной и конкретной процедуры, обеспечивающей право получать копии документов из материалов дел после завершения уголовных процедур, позволяя делать копии вручную или с использованием необходимого оборудования, или предписывающей органам власти предоставлять такие копии.
49. В данном деле заявитель подал жалобу уже после того, как национальные процедуры в отношении него были завершены. Хотя остается неясным: просил ли он органы власти предоставить ему копию его кассационной жалобы, это является обычной практикой в отношениях между сторонами, когда в запросе копий остальных документов, необходимых для обоснования его жалобы, отказывают по причине юридической необоснованности такого запроса. Таким образом, в данном деле Суд не видит причин отходить от своего решения по Статье 34 Конвенции в деле Vasiliy Ivashchenko (Василий Иващенко), упомянутом выше. Утверждения Правительства, касающиеся предоставления возможности сделать копии документов по делу во время уголовных процедур, не могут быть приняты (см. Vasiliy Ivashchenko (Василий Иващенко), упомянутое выше в § 108).
50. Таким образом, Суд постановил, что государство-ответчик не соблюло своих обязательств по Статье 34 Конвенции и не предоставило заявителю всех необходимых возможностей для надлежащего рассмотрения его жалобы Судом.
IV. ДРУГИЕ ЗАЯВЛЕННЫЕ НАРУШЕНИЯ КОНВЕНЦИИ
51. Заявитель также жаловался на нарушение Статьи 3 Конвенции, а именно на жестокое обращение со стороны неустановленных сотрудников милиции с целью получения признания от него и на бесчеловечные условия его содержания в ИВС. Ссылаясь на Статью 5 § 1 (c) Конвенции, заявитель жаловался, что он был незаконно задержан в период времени с 21 января по 9 февраля 2000 года. Заявитель утверждал, что он был незаконно приговорен к пожизненному заключению, так как в 1999 году, когда он совершил преступления, такого наказания не существовало. В этом отношении заявитель ссылался на Статью 7 Конвенции.
52. В 2006 году в своих утверждениях заявитель далее жаловался, что условия его содержания в СИЗО были бесчеловечными.
53. Суд, после рассмотрения оставшихся жалоб заявителя, считает, что, учитывая все материалы, которыми он располагает, и в той степени, в которой обжалуемые вопросы соответствуют его компетенции, эти вопросы не раскрывают видимости нарушения прав и свобод, закрепленных в Конвенции и ее Протоколах. Суд также счел, что в остальной части заявления должно быть отказано, так как она явно необоснованна согласно Статье 35 §§ 1, 3 (a) и 4 Конвенции.
V. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ
54. Статья 41 Конвенции гласит:
«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
A. Ущерб
55. Заявитель востребовал 50000 евро за нанесенный ему моральный вред.
56. Правительство не предоставило своих возражений.
57. Суд, вынося решение на справедливой основе, присуждает заявителю 3000 евро в этом отношении.
B. Судебные расходы и издержки
58. Заявитель также востребовал 26426,40 гривен за судебные расходы и издержки, которые он понес, подавая жалобу в Суд. Заявитель попросил выплатить эту сумму непосредственно на банковский счет своего представителя. Запрашиваемая сумма основана на почасовой ставке в размере 1540 гривен, хотя не было указано, включает ли она в себя налоги. Согласно утверждениям заявителя, его представитель потратил более семнадцати часов на изучение материалов дела и подготовку возражений и требований справедливой компенсации.
59. Правительство не предоставило своих возражений.
60. Согласно практике Суда, заявитель имеет право на возмещение расходов и издержек только в случаях, когда могут быть предоставлены доказательства того, что такие расходы и издержки были фактически понесены, были обязательными и в разумных размерах. Суд отмечает, что единственная спорная жалоба в данном деле касалась простого вопроса, который не требовал глубокого правового анализа или обоснования (см. параграфы 48-50 выше). Суд далее отмечает, что представителю заявителя уже выплатили 850 евро в качестве правовой помощи, предоставляемой Судом. В отношении анализа природы фактических и правовых вопросов и участия представителя заявителя в деле, Суд счел, что нет повода присуждать какие-либо дополнительные суммы.
C. ПРОЦЕНТНАЯ СТАВКА ПРИ ПРОСРОЧКЕ ПЛАТЕЖЕЙ
61. Суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента.
НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО
1. Признал жалобы заявителя по Статьям 3, 5, 6 и 7 неприемлемыми;
2. Постановил, что государство-ответчик нарушило свои обязательства, установленные Статьей 34 Конвенции в отношении отказа органами власти предоставить заявителю копии документов для подачи его жалобы в Суд;
3. Постановил
(a) что государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявителю 3 000 евро (три тысячи евро) в качестве компенсации морального вреда, подлежащие переводу в украинские гривны по курсу, который будет установлен на день выплаты, а также любой налог, который может быть начислен на указанную сумму;
(b) что по истечении указанного трехмесячного срока и до произведения окончательной выплаты на указанные суммы начисляются простые проценты в размере предельной годовой ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента;
4. Отказывает заявителю в остальных требованиях справедливой компенсации.
Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 13 июня 2013 года в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
Клаудия ВЕСТЕРДИЙК Марк Виллиджер
Секретарь
Президент
Full & Egal Universal Law Academy