CASE OF MISCHIE v. ROMANIA - [Russian Translation] by the Ukrainian Helsinki Human Rights Union

ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

© Перевод сделан Украинским Хельсинским союзом по правам человека, http//: . Разрешение опубликовать этот перевод дано исключительно с целью его включения в базу данных Суда HUDOC.

© Translation made by the Ukrainian Helsinki Human Rights Union, http//: . Permission to re-publish this translation has been granted for the sole purpose of its inclusion in the Court’s database HUDOC

ТРЕТЬЯ СЕКЦИЯ

ДЕЛО МИШИ ПРОТИВ РУМЫНИИ

(заявление № 50224/07)

РЕШЕНИЕ

СТРАСБУРГ

16 сентября 2014

Это решение станет окончательным при условиях, изложенных в Статье 44 § 2 Конвенции. Оно может быть отредактировано.

По делу Миши против Румынии,

Европейский суд по правам человека (Третья Секция), заседая Палатой в составе:

Josep Casadevall, председателя,
Alvina Gyulumyan,
Ján Šikuta,
Luis López Guerra,
Johannes Silvis,
Valeriu Griţco,
Iulia Antoanella Motoc, судей,
и de Fatoş Aracı, секретаря секции,

Принимая во внимание решение от 30 апреля 2013 года,

Рассмотрев дело в закрытом заседании 26 августа 2014 года,

Провозглашает следующее решение, принятое в этот день:

ПРОЦЕДУРА

 Данное дело основано на заявлении (№ 50224/07) против Румынии, поданном в Суд в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – «Конвенция») гражданином Румынии, г-ом Николае Миши (далее – «заявитель») 24 октября 2007 года.Заявителя представляла г-жа Г. Пирчалабу, адвокат, практикующий в Бухаресте. Румынское правительство (далее – «Правительство») представляла уполномоченная Министерства иностранных дел г-жа С. Брюмар.Заявитель утверждал об отсутствии в отношении него справедливого судебного разбирательства.Решением от 30 апреля 2013 года Суд отложил рассмотрение жалобы в соответствии со статей 6 Конвенции §§ 1 и 3 (d), а в остальной части признал ее неприемлемой.Заявитель и Правительство представили свои замечания по существу ( правило 59 § 1 Регламента).

ФАКТЫ

     ОБСТОЯТЕЛЬТСВА ДЕЛА

 Заявитель родился в 1945 году и проживает в Тыргу-Жиу.В ноябре 2002 года в отношении заявителя было начато уголовное преследование. Он подозревался в незаконном ввозе в Румынию в 1997 году охотничьего ружья, которое он купил в Швейцарии.В течение 2003 и 2004 годов заявитель несколько раз был допрошен прокурором. Он признался, что 11 октября 1997 года, находясь в сопровождении трех лиц, в том числе гражданина румынского происхождения проживающего в Швейцарии, В. Е., купил ружье у торговца оружием из Лозанны. Вечером того же дня, обнаружив что ружье неисправно, заявитель оставил его г-ну В. Е., чтобы он занялся вопросом ремонта у того же торговца. 9 февраля 2003 года, в аэропорту Рима, он забрал оружие у г-на В. Е., прибывшего туда с целью его передачи. Заявитель не декларировал ружье ни в аэропорту Рима, ни в аэропорту Бухареста, так как никто из персонала аэропорта не проверял его багаж, хотя оружие и не было спрятано. Он собирался сделать это на таможне по месту жительства, что он и сделал.Прокурор также допросил несколько свидетелей, двое из которых присутствовали в момент покупки оружия, водитель заявителя, гражданин, которые входят в местную ассоциацию охотников, и жена заявителя. Все они подтвердили показания заявителя о покупке оружия, но никто не мог дать четких и конкретных показаний о том, как именно заявитель ввез оружие в Румынию. Водитель заявителя говорил о том, что 9 февраля 2003 года, когда он принимал багаж заявителя в аэропорту, ему показалось, что он увидел оружие.21 июля 2003 года Институт криминалистики предоставил баллистическое заключение по данному делу. Исходя из данных заключения, на оружии были обнаружены следы повреждения от использования неподходящей отвертки и вмешательства, которое, возможно, было сделано непрофессионалом («un neprofesionist în domeniul armelor»).9 сентября 2004 года, по судебному поручению, в присутствии инспектора полиции и секретаря швейцарского суда, г-н В. Е. был допрошен следственным судьей кантона Во. Свидетель признал, что он видел оружие только однажды, во время его покупки. Он также сказал, что заявитель обращался к нему ранее с просьбой подтвердить его показания в части его предполагаемой поездки в аэропорт Рима, но он отказался.По требованию прокурора жудеца Горж от 26 января 2005 заявитель должен был предстать перед судом за несоблюдение правил владения оружием и боеприпасами, подделку и контрабанду. Основываясь на заключении экспертизы и показаниях г-на В. Е., прокурор пришел к выводу, что в 1997 году заявитель незаконно ввез в Румынию незадекларированное оружие и, что после того как было возбуждено уголовное дело, он разработал версию, по которой он хотел заверить, что ввез оружие только в 2003 году. Прокурор вызвал в суд всех свидетелей, допрошенных во время расследования, в том числе и г-на В. Е.Дело было передано в окружной суд жудеца Горж, который провел несколько заседаний с целью опроса свидетелей. Суд не допрашивал г-на В. Е. Из документов, поданных сторонами, было неясно, вызывался ли он в суд.Приговором от 25 октября 2005 года окружной суд признал заявителя невиновным. Суд отклонил показания г-на В. Е., данные им во время расследования, на том основании, что они не были подтверждены другими доказательствами. Суд пришел к выводу, что в феврале 2003 года заявитель ввез оружие в Румынию без надлежащего оформления, но, в силу обстоятельств дела, его действия не представляют угрозы общественной безопасности. Суд обязал заявителя выплатить административный штраф в 1000 румынских лей.Прокурор оспорил решение суда, потребовав пересмотра дела, мотивируя это тем, что судом была дана неправильная оценка фактическим обстоятельствам дела. Прокурор опирался на показания г-на В. Е. и на отсутствие прямых доказательств мнимого ремонта оружия в Швейцарии, он также утверждал, что ни один свидетель не подтвердил версию о ввозе оружия в Румынию в 2003 году.Постановлением от 20 октября 2006 года апелляционный суд города Крайова (далее – «апелляционный суд») отклонил жалобу прокурора и поддержал решение окружного суда. В отношении показаний г-на В. Е., данных им в ходе предварительного расследования, суд согласился с тем, что их исключение соответствовало справедливому судебному разбирательству. Опираясь на решения Unterpertinger c. Autriche (24 novembre 1986, série A № 110), Delta c. France (19 décembre 1990, série A № 191‑A) и Lüdi c. Suisse (15 juin 1992, série A № 238) , апелляционный суд постановил, что обвинение, основанное на полученных во время расследования показаниях свидетеля, которого заявитель не мог допросить с целью контроля за достоверностью показаний, противоречит принципам справедливого судебного разбирательства.Прокурор подал кассационную жалобу, основанную, как и апелляционная, на несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Прокурор обвинил апелляционный суд в ненадлежащем исполнении его функций в отношении того, что суд не обеспечил присутствие г-на В. Е. в судебном заседании, несмотря на то, что дело находилось в суде почти год и то, что г-н В. Е. был «единственным лицом, которое [могло] предоставить подробную информацию о приобретении [оружия] и о деятельности, которой в дальнейшем занимался обвиняемый».Жалоба была принята к рассмотрению Высшим кассационным судом юстиции Румынии (далее «Верховный суд»). 18 апреля 2007 года во время судебного заседания Верховный суд допросил заявителя, который поддержал свои показания. Верховный суд не производил новый допрос свидетелей.Решением от 25 апреля 2007 года Верховный суд удовлетворил жалобу прокурора и приговорил заявителя к одному году лишения свободы условно. Такое решение Верховный суд принял после исследования всех доказательств по делу. Что касается показаний г-на В. Е., Верховный суд отметил следующее:

«[Суды первой и апелляционной инстанции] ошибочно исключили показания г-на В. Е. и пришли к выводу, что они были недостоверны. По судебному поручению он был допрошен 9 сентября 2004 и заявил о том, что оружие не находилось у него в период с 11 октября 1997 по 9 февраля 2003 года. Единственный раз, когда он видел ружье, был во время его покупки [обвиняемым] и с тех пор больше он его не видел. Свидетель также сообщил о том, что заявитель обращался к нему немного ранее (до судебного заседания) с просьбой подтвердить перед судом, что оружие было у него, что он отдавал его в ремонт и что он должен был встретиться с обвиняемым в аэропорту Рима для его передачи.

Исходя из этих показаний, cуд приходит к следующим выводам. Показания были получены на законных основаниях, в соответствии с положениями Европейской конвенции о взаимной правовой помощи по уголовным делам и Второго дополнительного протокола к Конвенции, принятыми в Страсбурге в 1959 и 1978 года соответственно, ратифицированными Румынией Законом № 236 от 9 декабря 1998 года. Исходя из того что обвиняемый имел возможность обратиться с данными вопросами к свидетелю в письменном виде, его аргументы о том, что он был лишен доступа к справедливому судебному разбирательству, потому что не представлялось возможным допросить свидетеля, являются безосновательными.»Основываясь на том, что г-н В. Е. не стал бы подвергать себя, в течение значительного периода, риску понести уголовное наказание за незаконное хранение и перевозку оружия в аэропорт Рима, учитывая тот факт, что с 2001 года в аэропортах были значительно усилены меры безопасности, Верховный суд решил, что его показания являются достоверными. Верховный суд постановил, что показания г-на В. Е. были подтверждены двумя другими свидетелями, сопровождавшими заявителя в Швейцарии, ни один из которых не видел, чтобы заявитель передавал оружие г-ну В. Е. Заключение баллистической экспертизы также подтверждает поверхностный ремонт, что противоречит утверждениям заявителя о том, что он оставил оружие в Швейцарии для его ремонта оружейником. Что касается показаний водителя заявителя, они не могут быть использованы в качестве доказательств, так как он не заявлял напрямую о том, что видел оружие. Наконец, нет никаких других доказательств того, что заявитель привез оружие в Румынию только в 2003 году.

 СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО И ПРАКТИКА

 Соответствующие положения Уголовно-процессуального кодекса, действовавшего на момент совершения преступления, относительно юрисдикции суда апелляционной инстанции, а также изменения, внесенные в 2006 году, описаны в деле Găitănaru c. Roumanie (№ 26082/05, §§ 17-18, 26 juin 2012). Положения Кодекса относительно доказательств, в частности, судебного поручения и допроса свидетелей, гласят следующие:

Статья 62. Установление доказательств по делу

«В целях установления истины, органы следствия и суды обязаны изучить дело на основе всестороннего изучения доказательств.»

Статья 65. Обязанность по сбору доказательств

«1. Обязанность по сбору доказательств лежит на следственных и судебных органах.

2. По требованию следственных или судебных органов, каждое лицо, знающее или имеющее какие-либо доказательства, обязано сообщить о них указанным органам.»

Статья 66. Право на оспаривание доказательств

«1. Подозреваемый или обвиняемый пользуются презумпцией невиновности и не обязаны доказывать свою невиновность.

2. Если имеются факты, доказывающие вину, подозреваемый или обвиняемый имеют право доказывать их необоснованность.» .

Статья 67. Относимость и допустимость доказательств

«1. Стороны могут представлять доказательства в ходе уголовного процесса и требовать их рассмотрения.

2. В рассмотрении доказательств не может быть отказано, если они являются относимыми и допустимыми (...)»

Статья 133. Содержание судебного поручения

«1. Постановление или судебное решение, не разрешающее дело по существу, которым было дано судебное поручение, должно содержать все необходимые детали для выполнения приказываемого им действия и если речь идет о допросе лица, то он должен содержать вопросы, которые будут задаваться.

2. Следственные или судебные органы, исполняющие судебное поручение, могут также задать и другие вопросы, если необходимость в них возникает во время допроса.»

Статья 134. Права сторон связанные с судебным поручением

«1. При рассмотрении судом вопроса о судебном поручении, стороны вправе сформулировать свои вопросы, которые будут переданы органу, исполняющему это судебное поручение.

2. Так же, каждая из сторон может так же просить о своем присутствии во время исполнения судебного поручения (...)»

Статья 327. Допрос свидетеля, эксперта и переводчика

«(...) 3. Если допрос свидетеля не представляется возможным, суд принимает решение об оглашении показания, которые он давал во время расследования, и принимает их во внимание во время вынесения решения по делу (...)»

 17 марта 1999 года Румыния ратифицировала Европейскую конвенцию о взаимной правовой помощи по уголовным делам. Закон № 302 от 30 августа 2004 года о международном сотрудничестве судебных органов по уголовным делам отражает эти принципы.Решением № 6827 от 22 ноября 2006 года Верховный суд, в контексте уголовного дела по мошенничеству, основываясь на том, что он не мог допросить в открытом судебном заседании свидетелей обвинения, удовлетворил кассационную жалобу стороны обвинения и отменил решения судов нижестоящих инстанций. В частности, Верховный суд отметил следующее:

«(...) доказательства, собранные в ходе расследования, должны быть исследованы судьей, во время публичного разбирательства дела, в устной форме, без посредников и с участием сторон, в порядке состязательного процесса.»

ПРАВО

 ЗАЯВЛЕННЫЕ НАРУШЕНИЯ СТАТЬИ 6 § 1 КОНВЕНЦИИ

 Заявитель указывает на нарушение его права на защиту в ходе уголовного производства, возбужденного в отношении него, утверждая, что Верховный суд осудил его на основании тех же доказательств, которые были признаны недостаточными судами первой и апелляционной инстанции, оправдавшими его. Он ссылается на статью 6 § 1 Конвенции, которая в соответствующей части гласит:

«Каждый имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела (...) судом (...) который выносит решение (...) при предъявлении ему любого уголовного обвинения.»

 Приемлемость

 Правительство ссылается на неисчерпание внутренних средств правовой защиты. Правительство утверждает, что заявитель не обращался в суды, рассматривавшие его дело, с просьбой вновь исследовать материалы дела и имеющиеся доказательства, а также провести повторный допрос свидетелей, в частности г-на В. Е. Правительство указывает, что заявитель мог бы извлечь пользу из такой возможности и заслушать данного человека в судах, рассматривавших дело, в том числе и в Верховном суде.В дополнение, Правительство отмечает, что заявитель не подавал ни апелляционную, ни кассационную жалобы. Хотя суды первой и апелляционной инстанций вынесли оправдательные приговоры, тем не менее, они признали, что действия заявителя содержали элементы преступного характера, по которым он был вновь предан суду.По мнению заявителя, то, что является возможностью для обвиняемого, является обязательством для судов, которые должны были в соответствии с процессуальными нормами вызвать и допросить свидетелей. Наконец, заявитель считает, что он не был обязан обжаловать судебное постановление в апелляционном или кассационном порядке, так как суды первой и апелляционной инстанции признали его невиновным.Суд считает, что возражения Правительства поднимают вопросы, тесно связанные с жалобой заявителя в свете статьи 6 § 1 и 3 d) Конвенции (Manolachi c. Roumanie, № 36605/04, § 37, 5 mars 2013). Поэтому суд считает разумным присоединить их рассмотрению по существу (см. параграф 39 ниже).Суд считает, что эта жалоба не является необоснованной по смыслу статьи 35 § 3 (а) Конвенции или неприемлемой по любым другим основаниям, поэтому признает ее приемлемой.

 Существо дела

a) Аргументы сторонПравительство отмечает, что в ходе рассмотрения дела по существу, заявитель во время открытого судебного разбирательства мог опросить свидетелей, упомянутых в заключение прокурора. Что касается разбирательства в Верховном суде, то суд провел пересмотр доказательств по делу и пришел к той же юридической квалификации фактов, что и судебные органы, разрешившие дело по существу. Таким образом, этот случай отличается от упомянутого выше дела Găitănaru, так как заявитель не был полностью оправдан по выдвинутым против него обвинениям. В действительности суды постановили, что правонарушения, совершенные заявителем, носили уголовный характер, но, принимая во внимание данные о личности заявителя, присудили ему штраф. Таким образом, отсутствие новых доказательств не препятствовало вынесению обвинительного приговора в суде последней инстанции.Заявитель утверждал, что Верховный суд не выполнил своей роли в соответствии с уголовно-процессуальными нормами, так как он не исследовал все необходимые доказательства, как уличающие, так и оправдывающие его.

b) Оценка судаСуд напоминает, что порядок применения статьи 6 в апелляционном производстве зависит от характера дела; должны быть приняты во внимание все внутренние процедуры, а также роль, отведенная апелляционной инстанции, в системе национального законодательства. В то время как в суде первой инстанции было проведено публичное разбирательство дела, отсутствие публичных слушаний в апелляционной инстанции может быть оправдано особенностями рассматриваемого дела, учитывая характер внутренней системы апелляционного судопроизводства, степенью полномочий апелляционного суда, тем, как фактически были представлены и защищены интересы заявителя перед судом, и, в частности, характером вопросов, которые были определены (Botten c. Norvège, 19 février 1996, § 39, Recueil des arrêts et décisions 1996-I).Кроме того, Суд заявил, что, так как апелляционный суд был призван рассмотреть вопросы, как факта, так и права, он должен был решить вопрос о виновности или невиновности заявителя. Исходя из принципа справедливого судебного разбирательства, он не может принять решения по этим вопросам без прямой оценки доказательств, представленных обвиняемым, который утверждает, что не совершал правонарушения уголовного характера (см. следующие примеры Ekbatani c. Suède, 26 mai 1988, § 32, série A № 134, Constantinescu c. Roumanie, № 28871/95, § 55, CEDH 2000‑VIII, Dondarini c. Saint-Marin, № 50545/99, § 27, 6 juillet 2004 и Igual Coll c. Espagne, № 37496/04, § 27, 10 mars 2009), или свидетелями, дававшими показания в ходе расследования дела (см. упомянутое дело Găitănaru, § 35 и Hogea c. Roumanie, № 31912/04, § 54, 29 octobre 2013).Суд также напоминает, что приемлемость доказательств является предметом регулирования национального законодательства, что национальные суды должны заниматься исследованием доказательств, собранных ими и что миссия, возложенная на Верховный суд, в соответствии с Конвенцией заключается в том, чтобы установить носила ли справедливый характер судебная процедура, как в целом, так и в части представления доказательств, (García Ruiz c. Espagne [GC], № 30544/96, § 28, CEDH 1999‑I). Хотя «обычно необходимость или желательность вызова свидетеля находится в компетенции национальных судов (...), особые обстоятельства могут побудить Суд решить, что неисполнение данного действия противоречит статье 6» (Bricmont c. Belgique, 7 juillet 1989, § 89, série A № 158).Возвращаясь к обстоятельствам дела, Суд обращает внимание на то, что Верховный суд вынес обвинительный приговор относительно заявителя, допросив лишь его, но не допрашивая заново других свидетелей, которые давали показания в судах первой и апелляционной инстанций, оправдавших заявителя (см. параграф 18 выше). В связи с этим, Суд отмечает, что он уже выносил решения по аналогичным делам, где роль Верховного суда не ограничивалась только вопросами права. Исходя из того, что процедура в кассационной инстанции не отличалась от процедуры рассмотрения дела по существу, следовательно, Верховный суд, после оценки виновности или невиновности лица и исследования новых доказательств, мог либо поддержать оправдательный приговор первой инстанции, либо признать заявителя виновным (Dănilă c. Roumanie, № 53897/00, § 38, 8 mars 2007, Găitănaru, précité, § 30, Manolachi, précité, § 46 и Văduva c. Roumanie, № 27781/06, § 43, 25 février 2014).В данном случае, Верховный суд воспользовался правом постановить обвинительный приговор, однако без пересмотра доказательств. Суд отмечает, что первая и апелляционная инстанции установили, что заявитель ввез оружие в Румынию в 2003 году без соблюдения правовой процедуры, но оправдали его в силу того, что его действия не представляли угрозы общественной безопасности (см. параграфы 14 и 16 выше). Тем не менее, Верховный суд, на основе тех же данных, постановил, что заявитель ввез оружие в Румынию в октябре 1997 года, что такие действия носят характер правонарушения и приговорил его к одному году лишения свободы условно (см. параграф 19 выше).По мнению Суда, с которым согласно и Правительство, такое исследование фактов не ограничивается исключительно вопросами права, в частности их юридической квалификацией. Суд отмечает, что Верховный суд по новому истолковал факты, постановив, что заявитель ввез оружие в Румынии намного раньше, чем в срок, установленный национальными судами, и пришел к выводу, что заявитель был виновен в данном преступлении. Таким образом, отягчая данную ситуацию, суд приговорил его к лишению свободы.Более того, Верховный суд истолковал факты иначе, чем это было сделано судами предыдущих инстанций. Суд встал на противоположную точку зрения судов нижестоящих инстанций, которые оправдали заявителя, на основе показаний свидетелей, данных во время судебных заседаний. Если бы суд кассационной инстанции должен был исследовать доказательства, то, очевидно, что заявитель был бы признан виновным, по тем же доказательствам, которые позволили судам первой инстанции усомниться в обоснованности обвинения и вынести оправдательный приговор. В данном случае, отказ Верховного суда от допроса свидетелей перед вынесением обвинительного приговора в отношении заявителя, значительным образом ограничил его право на защиту (Găitănaru, précité, § 32, Văduva, précité, § 50 и, mutatis mutandis, Lacadena Calero c. Espagne, № 23002/07, § 49, 22 novembre 2011).Правительство утверждает, что заявитель не просил Верховный суд допросить свидетелей. Суд считает, что суд кассационной инстанции должен был принять позитивные меры, даже если заявитель не ходатайствовал об этом (Găitănaru, précité, § 34, Manolachi, précité, § 50 и Hanu c. Roumanie, № 10890/04, § 38, 4 juin 2013). Кроме того, Суд отмечает что он не может подвергать критике отсутствие заинтересованности заявителя в деле (a contrario, Bragadireanu c. Roumanie, № 22088/04, § 110, 6 décembre 2007). Таким образом, Суд считает разумным отклонить возражения Правительства относительно неисчерпания внутренних средств правовой защиты (см. параграф 28 выше).Данные обстоятельства позволяют Суду прийти к выводу, что осуждение заявителя за нелегальный ввоз оружия в Румынию, в отсутствии прямого допроса свидетелей и в свете его оправдания двумя национальными судами, противоречит положениям о справедливом судебном разбирательстве статьи 6 § 1 Конвенции.Следовательно, была нарушена статья 6 § 1 Конвенции.

 ЗАЯВЛЕНЫЕ НАРУШЕНИЯ СТАТЬИ 6 §§ 1 И 3 d) КОНВЕНЦИИ

 Заявитель также жалуется на то, что во время рассмотрения дела он не имел возможности допросить г-на В. Е. Помимо статьи 6 § 1 Конвенции он ссылается на статью 6 § 3 d) Конвенции, которая гласит:

«Каждый обвиняемый (...)имеет (...) следующие права: (...)

d) допрашивать показывающих против него свидетелей или иметь право на то, чтобы эти свидетели были допрошены, и иметь право на вызов и допрос свидетелей в его пользу на тех же условиях, что и для свидетелей, показывающих против него.»Правительство утверждает, что показания г-на В. Е. были получены в ходе исполнения судебного поручения, в соответствии с Европейской конвенцией о взаимной правовой помощи по уголовным делам, ратифицированной Румынией. Эти показания не были ни единственными, ни определяющими в вынесении обвинительного приговора в адрес заявителя, так как они подтвердили показания двух других свидетелей и заключение баллистической экспертизы.Заявитель настаивал на том, что показания г-на В. Е. были единственным основанием, по которому был вынесен обвинительный приговор. В ходе расследования, он не был проинформирован о дате исполнения судебного поручения, а, следовательно, не мог задать этому свидетелю свои вопросы. Заявитель ходатайствовал перед судом о проведении допроса г-на В. Е. в ходе открытого судебного разбирательства, однако суд отклонил это ходатайство. Кроме того, законодательство позволяет судам в ходе публичного судебного разбирательстве дела оглашать показания свидетеля, данные им во время предварительного расследования, если не представляется возможным заслушать его лично. Однако ни один суд не установил, что существовали обстоятельства, препятствующие допросу свидетеля в суде.Принимая во внимание вывод, к которому Суд пришел ранее (см. параграф 41 выше), он не считает необходимым рассматривать жалобу в этой части.

  ЗАЯВЛЕННЫЕ НАРУШЕНИЯ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

 В соответствии со статьей 41 Конвенции:

«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне.»

 Компенсация вредаЗаявитель потребовал выплатить ему 40 000 евро в качестве компенсации нематериального вреда за отсутствие справедливого судебного разбирательства по уголовному делу в отношении него.Правительство считает требование заявителя чрезмерным и настаивает на том, что причинно-следственная связь между утверждаемыми нарушениями и заявленным размером компенсации нематериального вреда не установлена. Правительство заявляет, что решение Суда само по себе, так же как и возможность пересмотра дела на основе нового Уголовно-процессуального кодекса может послужить разумным возмещением предполагаемого нематериального вреда.В соответствии со статьей 6 § 1 Конвенции Суд считает, что заявителю был причинен нематериальный вред и что разумно присудить ему компенсацию в 3 000 евро.Кроме того, Суд напоминает, что поскольку в данном случае, осуждение лица повлекло за собой нарушения положений статьи 6 Конвенции, то наиболее подходящей формой компенсации будет повторное рассмотрение дела заявителя, на основе его обращения с данным требованием (Gençel c. Turquie, № 53431/99, § 27, 23 octobre 2003 и Tahir Duran c. Turquie, № 40997/98, § 23, 29 janvier 2004). В связи с этим Суд отмечает, что статья 465 нового Уголовно-процессуального кодекса, вступившего в силу 1го февраля, позволяет повторное рассмотрение дела, если Суд установил, что были нарушены права и основополагающие свободы заявителя.

 Компенсация расходов и издержек

 Заявитель не требовал возмещения судебных расходов и издержек, которые он понес в ходе судебного разбирательства.

 Пеня

 Суд считает разумным, что пеня должна быть основана на предельной кредитной ставке Европейского центрального банка с добавлением трех процентных пунктов.

ПО ЭТИМ ОСНОВАНИЯМ СУД ЕДИНОГЛАСНО,Присоединяет к рассмотрению по существу предварительное замечание Правительства о неисчерпании внутренних средств правовой защиты относительно жалобы по статье 6 § 1 Конвенции и отклоняет его;Объявляет остальные требования жалобы приемлемыми;Постановляет, что была нарушена статья 6 § 1 Конвенции, в связи с осуждением заявителя на основании доказательств, которые уже были признаны недостаточными судами первой и апелляционной инстанций, оправдавшими заявителя.Постановляет, что нет необходимости рассматривать жалобу в контексте статьи 6 §§ 1 и 3 d) Конвенции относительно невозможности допросить свидетеля В. Е.;Постановляет, что:

a) Государство-ответчик должно выплатить заявителю в течение трех месяцев с даты, когда это решение станет окончательным в соответствии со статьей 44 § 2 Конвенции, 3 000 (три тысячи) евро, в переводе в валюту Государства-ответчика по курсу, действующему на день выплаты, с добавление любых налогов, которые могут быть начислены на эту сумму;

b) С момента истечения вышеупомянутых трех месяцев, на вышеуказанную сумму начисляется пеня, равная предельной кредитной ставке Европейского центрального банка в этот период с добавлением трех процентных пунктов.Отклоняет остальные требования заявителя относительно справедливой компенсации.

Составлено на французском языке и объявлено в письменном виде 16 сентября 2014 года в соответствие с параграфом 2 и параграфом 3 правила Регламента Суда.

Фатос Араки

Секретарь

Жозеф Касадеваль

Председатель

 

Full & Egal Universal Law Academy