Перевод и разрешение на републикацию были предоставлены под руководством Главного Управления Правительственного Уполномоченного, Министерство Юстиции Республики Молдова (). Разрешение на републикацию этого перевода было предоставлено с единственной целью его включения в базе данных по прецедентному праву HUDOC Европейского суда по правам человека.
The present text and the authorisation to re-publish were granted under the authority of the Governmental Agent’s General Department from the Ministry of Justice of the Republic of Moldova (). Permission to re-publish this translation has been granted for the sole purpose of its inclusion in the Court’s database HUDOC.
La traduction et l’autorisation de republier ont été accordées sous l’autorité de la Direction générale de l’Agent gouvernemental du Ministère de la Justice de la République de Moldova (). L’autorisation de republier cette traduction a été accordée dans le seul but de son inclusion dans la base de données HUDOC de la Cour.
ТРЕТЬЯ СЕКЦИЯ
ЮРКУ против РЕСПУБЛИКИ МОЛДОВА
(Жалоба № 33759/10)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
СТРАСБУРГ
9 апреля 2013 года
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ
9 июля 2013 года
Данное решение может быть подвергнуто редакционной правке.
В деле Юрку против Республики Молдова,
Европейский суд по правам человека (третья секция), заседая в составе Палаты, в которую вошли:
Жозэп Касадеваль, председатель Палаты
Альвина Гюлумян,
Корнелиу Бырсан,
Ян Шикута,
Луис Лопес Герра,
Нона Цоцория,
Валериу Грицко, судьи,
и Сантьяго Кесада, секретарь секции,
заседая 19 марта 2013 года, вынес в тот же день следующее постановление:
ХОД ПРОЦЕССА
1. Дело было инициировано жалобой (№ 33759/10) против Республики Молдова, поданной в Суд в соответствии со статьёй 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - конвенция), гражданином Республики Молдова, г-ном Виталие Юрку (далее - заявитель), 19 мая 2010 года.
2. Интересы заявителя представлял в суде г-н И. Оанча, адвокат, практикующий в мун. Кишинэу. Власти Республики Молдова (далее - власти) были представлены уполномоченным Республики Молдова при Европейском суде по правам человека г-ном Л. Апостол.
3. Заявитель жаловался, в частности, на жестокое обращение со стороны полиции и на неэффективность расследования в отношении жестокого обращения к нему. Также, заявитель жаловался, что не смог воспользоваться эффективным правовым средством защиты на национальном уровне в связи с предполагаемым нарушением его прав.
4. Европейский суд уведомил власти о поданной жалобе 6 декабря 2010 года. Также, согласно положениям пункта 1 статьи 29 Конвенции, суд решил рассмотреть жалобу по существу одновременно с решением вопроса о её приемлемости. Заявитель и власти представили свои возражения по приемлемости и существу жалобы.
ФАКТЫ
I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА
5. Заявитель, 1994 года рождения, проживает в мун. Кишинэу.
A. Общие предпосылки дела
6. 5 апреля 2009 года в Республике Молдова прошли выборы. Предварительные результаты выборов объявили 6 апреля 2009 года. Согласно результатам выборов, Партия Коммунистов Республики Молдова одержала победу.
7. 6 апреля 2009 года на разных он-лайн форумах ощущался рост негодования в связи с результатами выборов, а также в частности с предполагаемой фальсификацией выборов. В 6 часов вечера, несколько сотен лиц, в основном молодёжь, собрались перед памятником Штефана чел Маре, расположенным в центре мун. Кишинэу. Спустя полчаса уже было 3-4000 собравшихся лиц, которые, расположившись перед Президентским дворцом и Парламентом, начали протестовать против предполагаемой фальсификации выборов, а затем вернулись на Площадь Великого Национального Собрания. После этого, была объявлена демонстрация протеста и на следующий день в 10 часов утра прошла ещё более большая демонстрация.
8. 7 апреля 2009 года действия протеста были возобновлены, при участии около 5-6000 лиц. В начале протесты были мирными, но постепенно несколько сотен участников стали исступлёнными. Таким образом, как установила Следственная парламентская комиссия, созданная впоследствии и уполномоченная для выяснения обстоятельств дел и последствий событий, произошедших после выборов от 5 апреля 2009 года в Республике Молдова (далее-Комиссия), два инцидента по неправильно спланированному вмешательству специальных пожарных машин и полиции, спровоцировали волнение в массах до момента, когда действия массивного насилия не могли более быть предотвращены. В результате насильственных нападений и бросаний камнями, против которых полиция очень слабо оборонялась, в конечном итоге около 250-и яростных протестантам были позволено захватить нижние этажи зданий Парламента и Президентского дворца. Они разворовали этажи и подожгли столовую Президентского дворца. Ночью, в здании Парламента возникло несколько пожаров, а власти взяли полный контроль над зданием примерно в 11 часов вечера.
9. 8 апреля 2009 года, примерно в час ночи, разные особые силовые подразделения полиции инициировали массовую операцию в целях восстановления общественного порядка. Тем не менее, как было установлено Комиссией, были использованы чрезмерные силы и все люди, которые ещё находились на Национальной Площади были задержаны, независимо от того, действовали они с применением насилия или нет. Задержания продлились в течение нескольких дней. Спустя определённого времени, после чего протесты завершились вечером 7 апреля 2009 года, на протяжении дня 8 апреля и, в дальнейшем, средства массовой информации сообщали о случаях и распространяли видео материалы о молодых людях, арестованных в центре города и/или об избиениях со стороны офицеров полиции одетыми как в униформу, так и по гражданке.
B. Арест заявителя и предполагаемое жестокое обращение
10. Согласно утверждениям заявителя, которому на тот момент было 15 лет, вечером во время событий 7 апреля 2009 года он возвращался с дня рождения и шёл по главному бульвару мун. Кишинэу. Примерно в 22:20 ч., его остановила группа людей, одетых в военную униформу, которые приказали ему лечь на землю, положа руки за голову. Заявитель подчинился, но несмотря на это, ему нанесли удары ногами и дубинкой по телу и по голове. Он стонал от боли и кричал, что ему всего 15 лет. Тогда его освободили и приказали пойти домой. Заявитель начал бежать, но через несколько сотен метров его снова остановила группа людей в чёрной одежде и в масках, которые приказали ему лечь на землю. Заявителя вновь избили ногами и дубинками, он получил, помимо прочих, удар ногой в область правого глаза. После этого, его заставили сесть в кузов автомобиля вместе с другими молодыми людьми, отвезя их в Комиссариат полиции.
11. В Комиссариате полиции его и многих других поместили в подвал и заставили сидеть на коленях, держа руки за головой в течение примерно трёх часов. Полицейский ударил его один раз кулаком по спине, приказав сидеть ровно.
12. Власти допустили версию обстоятельств дела, представленную заявителем, относительно его ареста и задержания. Тем не менее, Власти не поддержали утверждения заявителя о жестоком обращении, аргументировав, что они допускают только версию обстоятельств дела, уже установленных в ходе уголовного расследования, проведённого на национальном уровне.
13. 8 апреля 2009 года, примерно в 2:30 ч., заявителя привели на допрос в отделение. Допрос длился примерно 10 минут, в течение которого его расспросили об участии в событиях, имевших место предыдущим днём во время демонстраций.
14. Примерно в 3 часа утра, заявителя доставили на автомобиле в Центр временного размещения несовершеннолетних, поместив его вместе с многими другими молодыми людьми в маленькой камере, где были только 2 кровати. Заявитель и многие другие молодые люди спали на полу. Днём заявитель почувствовал себя плохо из-за увечий на лице и получил медицинскую помощь со стороны врача. Согласно медицинской карточке, выданной врачом на другой день, у заявителя были ссадины на спине и мягких тканях в области правого глаза. В 15:30 часов заявителя отвели в кабинет, где он объяснил одной женщине причину того, почему он должен был провести ночь в Центре временного размещения несовершеннолетних. Примерно в 16:00 часов мама забрала его домой. Очевидно, матери заявителя сообщили о месте нахождения своего сына в 13:00 часов того же дня.
15. 9 апреля 2009 года Национальное телевидение распространило новые сведения о событиях, произошедших 7 апреля 2009 года. Заявителя и группу молодых людей, вместе с которыми его содержали в Центре временного размещения несовершеннолетних, представили, как лиц, ответственных за массовые беспорядки и повреждение зданий Парламента и Президентского дворца.
16. После своего освобождения, заявитель часто жалуется на боли в области почек и на головные боли. 29 апреля 2009 года заявитель обратился за медицинской помощью в Центр реабилитации жертв пыток “Мемория”, неправительственную организацию, созданную Европейским Союзом и членом Генерального собрания Международного Совета Реабилитации жертв пыток (IRTC). Похоже, что разные врачи подвергли заявителя обследованиям и подробным медицинским тестам. Согласно медицинской карточке, выданной Центром по Реабилитации, было установлено, помимо прочего, что заявитель перенёс черепно-мозговую травму, а зарегистрированные психологические проявления являются типичными жертвам пыток.
C. Расследование по факту предполагаемого жестокого обращения, применённого в отношении заявителя
17. 19 июня 2009 года заявитель подал жалобу в Генеральную прокуратуру о предполагаемом жестоком обращении к нему, имевшем место 7 апреля 2009 года.
18. 15 октября 2009 года Прокуратура отклонила жалобу заявителя как необоснованную, официально не возбудив уголовного преследования. После предварительного изучения обстоятельств по данному делу, было установлено, что заявителя привели в Комиссариат полиции во время событий 7 апреля 2009 года за беспризорные действия, а не потому, что он участвовал в демонстрации в предыдущий день. Позднее его привели в Центр временного размещения несовершеннолетних. Офицер полиции, находящийся в Комиссариате полиции вечером, когда задержали заявителя, показал, что его не подвергали жестокому обращению. Поэтому прокурор посчитал, что утверждения заявителя о предполагаемом жестоком обращении по отношению к нему, были неправдоподобными. Помимо этого, по словам прокурора, если бы заявителя подвергли жестокому обращению таким способом, как он утверждает, у него было бы больше ссадин на теле.
19. Заявитель опротестовал постановление прокурора в Суде сектора Буюкань, который 3 декабря 2009 года отменил постановление прокурора. Судебная инстанция установила, что прокурор не представил объяснений тому, каким образом были нанесены травмы на теле заявителя после его ареста и на момент его содержания и что предварительное расследование в этом направлении не было проведено в полном объёме.
20. 18 декабря 2009 года в первый раз было возбуждено уголовное преследование и 5 февраля 2010 года заявителя признали в качестве потерпевшей стороны в рамках уголовного судопроизводства.
21. 9 февраля 2010 года допросили офицера полиции из Комиссариата полиции, куда привели заявителя вечером 7 апреля 2009 года. Исходя из материалов, представленных сторонами, похоже, что до настоящего времени не было принято предварительных мер в ходе уголовного судопроизводства.
II. ВНУТРЕННЕ ПРАВО И ПРАКТИКА, ОТНОСЯЩИЕСЯ К ДЕЛУ
22. Положения внутреннего права, относящиеся к делу, были изложены в деле Тарабуркэ против Молдовы (№ 18919/10, §§ 33-37, 6 декабря 2011 года).
ПРАВО
I. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 3 КОНВЕНЦИИ
23. Заявитель жаловался на жестокое обращение к нему со стороны полиции в период ареста и содержания его под стражей, а также на неэффективность расследования в связи с жестоким обращением. По его мнению, это обращение составило нарушение статьи 3 Конвенции, которая гласит:
Статья 3
“Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию”.
A. Приемлемость
24. Власти утверждали, что расследование обстоятельств данного дела находилось ещё на рассмотрении и не было принято ни одного окончательного решения на национальном уровне в данном направлении. Из этих соображений, Власти ссылались, что жалоба заявителя является преждевременной, а также, что заявитель не исчерпал все внутренние средства правовой защиты.
25. Суд напоминает, что цель пункта 1 статьи 35 Конвенции - дача государствам-сторонам возможности предотвратить или исправить нарушения, в которых их обвиняют, до того, как произойдёт обжалование в органы Конвенции. Так, государства не обязаны отвечать за свои действия перед международным органом до того, как им представляется возможность предотвратить или исправить нарушения, в которых их обвиняют, в форме и в сроки, предусмотренные внутренним законодательством (см., например, Ремли против Франции, 23 апреля 1996 года, § 33, Отчеты постановлений и решений 1996-II, и Селмуни против Франци [MC], № 25803/94, § 74, ЕСПЧ 1999-V). В тоже время, «заявитель не обязан исчерпывать средства правовой защиты, которые хотя теоретически и являются таковыми, но на практике не дают никакой возможности восстановить нарушенные права» (см. Йойлер против Турции, № 26973/95, 13 января 1997 года, и Акдивар и другие против Турции, § 68, 30 августа 1996 года, Отчеты 1996-IV).
26. Действительно, в данном деле жалобы ещё рассматриваются национальными инстанциями. Тем не менее, Суд считает, что вопрос об исчерпании внутренних средств правовой защиты неразделимо связан с рассмотрение жалобы по существу, сформулированной на основании статьи 3 Конвенции в части, касающейся эффективности расследования жалоб о предполагаемом жестоком обращении в отношении заявителя. Поэтому, Суд считает, что оба вопроса должны быть рассмотрены вместе (см. Михеев против России, № 77617/01, § 88, 26 января 2006 года).
27. Помимо этого, Суд отмечает, что жалобы не являются явно необоснованными по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции и не являются неприемлемыми по другим причинам. Следовательно, жалобы объявляются приемлемыми.
B. По существу жалобы
1. Возражения сторон
28. Заявитель утверждал, что во время ареста и во время содержания под стражей в отношении него применяли жестокое отношение и аргументирует, что Власти не представили правдивого объяснения причины появления увечий на его теле. Он отметил, что его требования, которые должны были быть рассмотрены в свете событий, произошедших в Республике Молдова в тот день, были описаны в многочисленных отчётах национальных и международных неправительственных организаций. Также заявитель утверждал, что он не подавал жалобу на жестокое обращение в отношении него до июня 2009 года, поскольку он боялся дополнительной расправы и потому, что его напугали новости, распространяемые Национальным телевидением, в которых его представили в качестве лица, ответственного за повреждение здания Правительства. Также заявитель утверждал, что власти не расследовали его жалобу соответствующим образом. В конечном итоге, заявитель жаловался на отсутствие эффективного уголовного расследования по поводу жестокого обращения в отношении него, ему воспрепятствовали подать гражданский иск против лиц, ответственных за возмещение причинённого ущерба.
29. Власти утверждали, что жалобы заявителя о предполагаемом жестоком обращении являются явно необоснованными и подчеркнули, что заявитель прошёл медицинское обследование только через двадцать два дня после его освобождения, 29 апреля 2009 года, в Центре «Мемория». Тем не менее, нужно принять во внимание только медицинские отчёты, выданные авторизованными медицинскими органами и, поэтому, этот отчёт не имеет доказательной силы. Власти выразили своё сомнение в том, что касается заключений Центра «Мемория» о причине травм, установленных на теле заявителя и утверждали, что они могли быть причинены насильственными действиями, которые имели место на протяжении массовых выступлений от 7 апреля 2009 года или со стороны сокамерников. Тем не менее, согласно утверждениями Властей, травмы на теле заявителя не были достаточно тяжёлыми для того, чтобы поднять вопрос о применении статьи 3 Конвенции. В части, касающейся эффективности расследований, Власти утверждали, что прокуроры приняли все необходимые меры в виду полного расследования жалоб заявителя в соответствии со статьёй 3 Конвенции.
2. Мнение Суда
(a) Основные принципы
30. Как неоднократно повторял Суд, статья 3 Конвенции закрепляет одну из основных ценностей демократического общества. Даже в самых сложных обстоятельствах, таких, как борьба с терроризмом и организованной преступностью, Конвенция запрещает пытки и бесчеловечное или унижающее достоинство обращение или наказание, независимо от поведения жертвы. В отличие от большинства основных положений Конвенции и Протоколов № 1 и 4, статья 3 не предусматривает исключений, и никаких отступлений от неё не допустимо в соответствии со статьёй 15 § 2 Конвенции, даже в случае чрезвычайного положения, угрожающего жизни нации (см. Селмуни против Франции [MC], № 25803/94, § 95, ЕСПЧ 1999 V, и Ассенов и другие против Болгарии, 28 октября 1998 года, § 93, Сборник постановлений и решений 1998-VIII).
31. Суд подчёркивает, что в отношении лица, лишённого свободы, любое применение физической силы, которое не было крайне необходимо из-за его собственного поведения, унижает его человеческое достоинство и является в принципе нарушением статьи 3 Конвенции (см., с соответствующими изменениями, Рибич против Австрии, 4 декабря 1995 года, § 38, Серия A № 336). Если лицо доставляется в полицию или иным образом оказывается под контролем властей в нормальном состоянии здоровья и во время содержания под стражей или пребывания под их контролем у него обнаружены травмы (см. Бурсук против Румынии, № 42066/98, § 80, 12 октября 2004 года), на власти возлагается обязанность представить удовлетворительное и убедительное объяснение того, каким образом причинены эти травмы, в противном случае возникает вопрос о применении статьи 3 Конвенции (Селмуни против Франции, § 87).
32. Суд приходит к выводу о том, что если лицо делает обоснованные заявления о том, что пострадало от нарушений статьи 3 во время нахождения под контролем полиции или других агентов государства, данная норма, читаемая в сочетании со статьёй 1 Конвенции об общих обязательствах государств «по обеспечению каждому в пределах юрисдикции прав и свобод, предусмотренных Конвенцией», требует проведения эффективного официального расследования. Так же, как и при проведении расследования по статье 2, такое расследование должно быть способно привести к установлению и наказанию виновных. В противном случае, общий запрет пыток, бесчеловечного и унижающего достоинство обращения, был бы, несмотря на его фундаментальную важность, неэффективным на практике и дал бы возможность в некоторых случаях агентам государства злоупотреблять правами тех, кто находится под их контролем, оставаясь потенциально безнаказанно (см., среди многих других, Лабита против Италии [GC], № 26772/95, § 131, ЕСПЧ 2000-IV).
33. Для того, чтобы расследование было эффективным, лица, ответственные за проведение расследования, должны быть независимыми от лиц, участвовавших в событиях (см., среди прочих, Барбу Ангелеску против Румынии, № 46430/99, § 66, 5 октября 2004 года). Это означает не только отсутствие иерархической или ведомственной связи, но также и практическую независимость (см., например, Эрги против Турции, 28 июля 1998 года, §§ 83-84, Отчеты 1998-IV, в котором прокурор, расследовавший смерть девушки во время предполагаемого конфликта, проявил отсутствие независимости, поскольку, в основном, полагался на информацию, представленную жандармами, участвовавшими в происшествии).
34. Расследование серьёзных утверждений о ненадлежащем обращении должно быть тщательным. Это означает, что должностные лица должны всегда пытаться установить, что произошло, и не должны полагаться на поверхностные или безосновательные выводы, чтобы завершить расследование или использовать для мотивировки своих решений (см. опоминавшееся выше постановление Ассенов и другие, § 103 и след.). Они должны предпринять все разумные шаги, доступные им, чтобы защитить доказательства относительно происшествия, включая, между прочим, показания свидетелей и данные судебной экспертизы (см., Танрикулу против Турции [MC], № 23763/94, НСПЧ 1999-IV, § 104 и след., и Гюль против Турции, № 22676/93, § 89, 14 декабря 2000 года). Любая неполнота расследования, которая подрывает способность установить причину увечий или личности ответственных лиц, будет конфликтовать с этой нормой.
(b) Применение этих принципов в данном деле
35. Возвращаясь к обстоятельствам дела, Суд отмечает, что в отличии от других дел, в которых были рассмотрены индивидуальные жалобы против Республики Молдова о предполагаемом жестоком обращении, похоже, что данное дело сочетает в себе большее количество жалоб на предполагаемое похожее жестокое обращение, имевшее место в относительно короткий период (см. выше-упоминавшееся постановление Тарабуркэ против Молдовы, § 48).
36. Принимая во внимание утверждение о жестоком обращении, применённом к заявителю во время его нахождения под контролем полиции, которое, похоже, было масштабным и несло систематический характер, Суду, до установления нарушения статьи 3 Конвенции, нужно проверить, если заявитель привёл достаточно доказательств в поддержку своего утверждения о жестоком обращении. В этом направлении, следует отметить, что 7 апреля 2009 года полиция арестовала заявителя (см. параграф 10 выше) и 8 апреля 2009 года его обследовал врач Центра временного размещения несовершеннолетних, который установил на теле заявителя многочисленные ссадины на спине и на его лице (см. параграф 14 выше). Характер травм, установленных на теле заявителя, связан с событиями, поведанными заявителем.
37. Власти утверждали, что эти увечья могли быть причинены заявителю до его ареста или сокамерниками в период нахождения его под стражей. Суд не уверен в этих доводах и считает, что Власти не представили правдивого объяснения тому, как заявителю были нанесены травмы. Только наличие теоретического предположения о том, что травмы заявителя были нанесены ему при обстоятельствах, описанных Властями, за неимением доказательств, подтверждающих противоположное, не является достаточным для того, чтобы устранить презумпцию, установленную против Властей, в особенности, если исходить из обстоятельств данного дела.
38. Также Власти утверждали, что травмы, установленные на теле заявителя, не являются настолько тяжёлыми для того, чтобы поднять вопрос по смыслу статьи 3 Конвенции. Суд в этом не уверен, в особенности, принимая во внимание высокую степень уязвимости заявителя по причине юного возраста (на момент событий ему было всего пятнадцать лет). Суд считает, что обращение, применённое к заявителю, может быть квалифицировано как бесчеловечное и унижающее достоинство. Поэтому, имело место нарушение статьи 3 Конвенции под материальным аспектом.
39. Также Суд отметил, что расследование жалобы заявителя в большей части было неполным. В первую очередь, следует отметить, что вопреки тяжким обвинениям со стороны заявителя в отношении офицеров полиции, официально было возбуждено уголовное расследование только 18 декабря 2009 года, спустя лишь шесть месяцев после того, как заявитель обратился со своей жалобой. После этого числа, похоже, что 9 февраля 2010 года был допрошен один из офицеров полиции Комиссариата полиции, куда привели заявителя в ночь с 7 на 8 апреля 2009 года, и больше не было принято мер в этом направлении. Материалы национального дела, представленного сторонами указывают на то, что в последние 2 года расследование было бездейственным и не было установлено никакого развития в деле заявителя. При таких обстоятельствах, Суд приходит к выводу о том, что расследование в отношении жалоб заявителя на жестокое обращение было неадекватным и не достаточно эффективным.
40. Суд напоминает, что если избранное средство правовой защиты в теории было адекватным, но с течением времени стало неэффективным, заявитель больше не обязан его исчерпывать (см. Тепе против Турции, 27244/95, решение Комиссии от 25 ноября 1996 года). С того момента, как он пришёл к упоминавшимся выше выводам, а именно о неэффективности расследования в связи с жалобами заявителя, Суд считает, что больше нет необходимости ожидать завершения расследования, в виду исчерпания внутренних средств правовой защиты. Поэтому, Суд отклоняет возражение Властей о не исчерпании внутренних средств правовой защиты и постановил, что имело место нарушение под процессуальным аспектом статьи 3 Конвенции.
II. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 13 КОНВЕНЦИИ
41. Заявитель утверждал, что не обладает эффективным средством правовой защиты в отношении нарушения своего права, гарантированного статьёй 3 Конвенции и поэтому это составило нарушение статьи 13, которая гласит:
Статья 13
„Каждый человек, чьи права и свободы, изложенные в настоящей Конвенции, нарушены, располагает эффективными средствами правовой защиты перед государственными органами даже, если такое нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве”.
A. Приемлемость
42. Суд определил, что эти жалобы не являются явно необоснованными по смыслу подпункта (a) пункта 3 статьи 35 Конвенции. В дальнейшем он отметил, что они не являются неприемлемыми по каким-либо другим основаниям. Поэтому жалобы, о которых идёт речь, объявляются приемлемыми.
B. По существу жалобы
43. Заявитель утверждал, что не воспользовался ни одним средством правовой защиты согласно положениям уголовного законодательства, поскольку уголовное расследование было неэффективным, и потому что вследствие неэффективности этого расследования, он не воспользовался фактическим гражданским средством правовой защиты в части, касающейся подачи иска о возмещении ущерба, понесённого вследствие применённого в отношении него жестокого обращения.
44. Власти не согласились с первой жалобой и не представили ни одного комментария в отношении второй жалобы.
45. Поскольку первая жалоба, в частности, относится к тому, что заявитель не воспользовался эффективным средством правовой защиты с точки зрения уголовного права в отношении предполагаемого жестокого обращения, применённого к нему офицерами полиции, Суд отметил, что жалоба не поднимает определённого вопроса, требующего рассмотрения, и может быть рассмотрена только под процессуальным аспектом статьи 3 Конвенции.
46. Что касается остальных жалоб, принимая во внимание неадекватный характер расследования жалобы заявителя, поданной против офицеров полиции, применивших по отношению к нему жестокое обращение, Суд считает, что возможный гражданский иск, основанный на тех же фактах и требованиях, не завершился бы успехом. В результате, Суд считает, что не было доказано существование средства правовой защиты, которое бы предоставило заявителю возможность потребовать компенсацию за ущерб, понесённый им, когда он находился под контролем полиции (см. Корсаков против Молдовы, № 18944/02, § 82, 4 апреля 2006 года, и Гургуров против Молдовы, № 7045/08, § 73, 16 июня 2009 года). Поэтому, имело место нарушение статьи 13 в сочетании со статьёй 3 Конвенции.
III. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 5 КОНВЕНЦИИ
47. В конечном итоге, заявитель жаловался на то, что его арестовали и содержали под стражей незаконно 7 и 8 апреля 2009 года и жаловался на нарушение статьи 5 Конвенции. Тем не менее, Суд установил, что эта жалоба была подана с нарушением срока, составляющего 6 месяцев, исчисленного с момента, когда имело место предполагаемое нарушение. Поэтому эта жалоба объявляется неприемлемой на основании пунктов 1 и 4 статьи 35 Конвенции.
IV. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ
48. Статья 41 Конвенции гласит:
„Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне”.
A. Ущерб
49. Заявитель потребовал 115 000 евро в качестве возмещения материального ущерба, понесённого вследствие вышеупомянутых нарушений.
50. Власти не согласились с заявителем и потребовали у Суда отклонить его требования о справедливой компенсации наряду с его жалобой.
51. Принимая во внимание характер вышеупомянутых нарушений и их тяжесть, Суд считает оправданным присудить в данном деле компенсацию за моральный вред. Справедливо оценив, Суд присуждает заявителю 12000 евро.
B. Судебные расходы и издержки
52. Также, заявитель потребовал 5689 евро в качестве возмещениях судебных расходов и издержек. Заявитель представил документы в поддержку своих требований.
53. Власти опротестовали это требование и попросили Суд отклонить его.
54. Принимая во внимание выше-установленные нарушения и справедливо рассудив, Суд присудил 1500 евро в качестве возмещения судебных расходов и издержек.
C. Процентная ставка при просрочке платежей
55. Европейский суд счёл, что процентная ставка за просрочку платежа должна быть установлена в размере предельной годовой ставки Европейского центрального банка плюс три процента.
НА ЭТИХ ОСНОВАНИЯХ СУД ЕДИНОГЛАСНО:
1. Объединяет с существом дела предварительное возражение властей об упущении заявителем национальных средств правовой защиты и отклоняет его;
2. Объявил жалобы, сформулированные на основании статей 3 и 13 Конвенции приемлемыми и остальные жалобы неприемлемыми;
3. Постановил, что имело место нарушение статьи 3 Конвенции как в материальном, так и в процессуальном аспекте;
4. Постановил, что отдельный вопрос сквозь призму статьи 13 Конвенции не рассматривается, имея в виду, что эта жалоба включена в жалобы заявителя о неэффективности уголовного судопроизводства;
5. Постановил, что в части, касающейся жалобы заявителя на успех гражданских средств защиты, имело место нарушение статьи 13 Конвенции;
6. Постановил:
(a) что государство-ответчик обязано выплатить заявителю в течение трёх месяцев с даты, когда постановление станет окончательным согласно пункту 2 статьи 44 Конвенции следующие суммы, с конвертацией этих сумм в молдавские леи по курсу, действующему в стране на дату исполнения постановления:
(i) EUR 12 000 (двенадцать тысяч евро), в качестве компенсации морального вреда, а также все налоги, которые могут быть собраны с этой суммы,
(ii) EUR 1 500 (одна тысяча пятьсот евро), в качестве возмещения издержек и расходов, а также все налоги, которые могут быть собраны с заявителя;
(b) что со дня истечения вышеуказанного трёхмесячного срока до момента выплаты простые проценты подлежат начислению на эти суммы в размере, равном предельной годовой ставке Европейского центрального банка плюс три процента;
7. Отклонил, единогласно, остальные требования о справедливой компенсации.
Составлено на английском языке, и письменное уведомление о постановлении направлено 9 апреля 2013 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 77 Регламента Суда.
Сантьяго Кесада,Жозэп Касадеваль,
секретарь секциипредседатель палаты
Full & Egal Universal Law Academy