© Перевод предоставлен российским изданием «Бюллетень Европейского Суда по правам человека» (www.echr.today). Разрешение на публикацию перевода на русский язык дано исключительно для его включения в базу HUDOC Европейского Суда.
© This document was provided by the Russian edition of the Bulletin of the European Court of Human Rights (www.echr.today). Permission to re-publish this translation into Russian has been granted for the sole purpose of its inclusion in the Court’s database HUDOC.
Ни против Ирландии
[Nee – Ireland] (№ 52787/99)
Решение от 30 января 2003 г. [вынесено III Секцией]
Заявитель родился в 1974 году. Его родители никогда не состояли в браке друг с другом. Его отец (П.К.), не имевший других детей, кроме заявителя, умер в 1987 году, так и не составив завещания. Согласно действовавшему на тот момент законодательству Ирландии заявитель не располагал правом требования имущества скончавшегося отца. Однако заявитель решил обратиться в суд, ссылаясь на положения Конвенции. После того, как заявителю было отказано в удовлетворении ходатайства о том, чтобы солиситоры, действовавшие от имени родителей П.К., сделали бы заявление о признании заявителя сыном П.К., Ни в декабре 1989 года подал иск в окружной суд. В мае 1990 года иск заявителя был исключен из списка подлежащих рассмотрению дел. В мае 1991 года заявитель возбудил новое судебное производство, обратившись в Высокий суд, который в декабре 1993 года постановил произвести анализы крови заявителя, матери и брата П.К. на предмет исследования ДНК. В январе 1998 года Высокий суд принял постановление, в котором указывалось, что П.К. был отцом заявителя, и обязал управляющего наследственным имуществом оплатить понесенные заявителем судебные издержки.
17 июля 1998 г. солиситор, представляющий интересы заявителя, представила в Европейскую Комиссию по правам человека краткое изложение обстоятельств дела с приложением соответствующих документов с просьбой зарегистрировать жалобу заявителя на нарушения Статей 8 и 14 Конвенции. В следующий же месяц Европейская Комиссия направила солиситору формуляр жалобы, указав, что заполненный формуляр должен быть направлен обратно в Комиссию как можно скорее.
В сентябре 1998 года солиситор подтвердила получение письма Европейской Комиссии и указала, что заполненный формуляр жалобы будет направлен в течение ближайших шести недель. Однако данный формуляр поступил лишь 22 сентября 1999 г. Впоследствии солиситор привела несколько доводов в оправдание задержки в отправке формуляра жалобы, а именно: незнание прецедентной практики Европейского Суда и Европейской Комиссии, запутанность производства по делам в судах Ирландии, а также то, что заявитель проживал в Англии. В дополнение солиситор указала, что, по ее мнению, ключевой датой в переписке было 17 июля 1998 г. – дата подачи ею первого письма в Европейскую Комиссию.
По поводу пункта 1 Статьи 35 Конвенции. Европейский Суд напомнил подход Европейской Комиссии в отношении промежутков между подачей дополнительной информации после первоначального обращения и полностью его воспринял. Так, в случае большого интервала, образовавшегося после первоначального обращения, должны быть изучены особые обстоятельства дела для определения того, какая дата считается днем подачи жалобы, прерывающим течение шестимесячного срока.
В настоящем деле первоначальное обращение в Европейскую Комиссию состоялось спустя почти 10 лет со смерти П.К. Если, как утверждает заявитель, столь продолжительный отрезок времени был необходим только для одного – для подачи жалобы в Европейскую Комиссию, то в таком случае от представителя заявителя ожидалось проявление особой добросовестности и особого тщания в ведении дела.
Однако более года от заявителя не поступало никаких сообщений в адрес Европейской Комиссии или Европейского Суда. При этом, когда, наконец, заполненный формуляр жалобы был представлен, никакого объяснения задержке дано не было. Более того, последовавшие доводы не были убедительны. Положения Конвенции довольно просты, а относящаяся к делу прецедентная практика опубликована. Разбирательство дела на внутригосударственном уровне затрагивало лишь две стороны; существо спора было относительно простым, а представленная документация – емкой. Следовательно, несостоятельно утверждение о том, что составление жалобы было запутанным и сложным делом. Тот факт, что заявитель проживал в Англии, мог служить оправданием для незначительной задержки.
Утверждение солиситора о том, что ключевой датой является день первой подачи ею письма в Европейскую Комиссию неправильно, так как в пояснительной записке к формуляру жалобы были даны на этот счет четкие разъяснения. Что касается заявленного отсутствия определенного ущерба государству в связи с задержкой в представлении формуляра жалобы, то уведомление о намерении продолжать ведение дела по жалобе отличалось от юридической определенности, наступавшей в связи с разрешением жалобы посредством вынесения окончательного Решения или Постановления Европейского Суда.
Таким образом, датой подачи жалобы явилось 22 сентября 1999 г. Следовательно, жалоба была представлена в нарушение установленного шестимесячного срока для ее подачи.
Full & Egal Universal Law Academy