© Перевод предоставлен российским изданием «Бюллетень Европейского Суда по правам человека» (www.echr.today). Разрешение на публикацию перевода на русский язык дано исключительно для его включения в базу HUDOC Европейского Суда.
© This document was provided by the Russian edition of the Bulletin of the European Court of Human Rights (www.echr.today). Permission to re-publish this translation into Russian has been granted for the sole purpose of its inclusion in the Court’s database HUDOC.
Парадисы против Германии
[Paradis – Germany] (№ 4783/03)
Решение от 15 мая 2003 г. [вынесено III Секцией]
Заявителями по делу являются мать и ее четверо детей в возрасте от 7 до 18 лет. В 1994 году первая заявительница, П., вышла замуж за гражданина Канады О. и переехала из Германии в Канаду со своей дочерью. В браке она родила троих детей. В феврале 1997 года П. покинула дом вместе с детьми и отправилась в центр для женщин, ушедших из семьи. О. было предоставлено право на временную опеку над тремя детьми, рожденными в браке с ним, которые стали с ним проживать. Однако в декабре 1998 года П. получила исключительное право на постоянную опеку над этими детьми. В своем решении суд подробно регламентировал условия, на которых О. и его родители могли видеться с детьми, указав, что П. может брать детей в Германию, чтобы навестить их немецких бабушку и дедушку, на срок не более двух недель.
В июне 2000 года П. уехала с детьми в Германию и не вернулась. В августе 2000 года она возбудила в Германии бракоразводный процесс и ходатайствовала о передаче О. исключительного права на опеку над ее детьми. На следующий месяц канадский суд приговорил ее к 30-дневному лишению свободы за неуважение к суду и передал О. исключительное право на опеку над детьми. В сентябре 2001 года участковый суд г. Цвайбрюкен отклонил ходатайство О. о возвращении ему его детей; это ходатайство он обосновывал ссылками на Гаагскую конвенцию. Суд постановил, что, поскольку на момент отказа П. вернуться в Германию ей принадлежало исключительное право на опеку над детьми, статья 3 Гаагской конвенции не была нарушена. Суд счел спорным вопрос о применимости Гаагской конвенции к случаям, когда принадлежащее другому родителю право на опеку ограничено.
В июне 2002 года канадский суд подтвердил, что вывоз детей из провинции Онтарио и отказ вернуть их нарушают статью 3 Гаагской конвенции. Апелляционный суд в Германии назначил экспертизу, для того чтобы определить истинные желания детей. Эксперт пришел к выводу, что нежелание детей вернуться к отцу лишь отчасти вызвано враждебностью их матери по отношению к нему. Апелляционный суд распорядился вернуть детей, уполномочив судебного пристава-исполнителя в случае необходимости применить силу. Суд пришел к выводу об отсутствии риска того, что им будет причинен вред или что они будут поставлены в недопустимое положение (статья 13 Гаагской конвенции). Он также признал различные заявления П. суду об агрессивном поведении О. неподтвержденными и выразил недоумение, почему она не питала доверия к канадским властям в отношении обеспечения защиты для себя и для своих детей. Отказ детей вернуться к отцу не мог быть решающим фактором. Федеральный Конституционный суд отказался рассматривать жалобу, поданную П. от имени детей.
В январе 2003 года участковый суд г. Цвайбрюкен распорядился об исполнении решения Апелляционного суда при условии, что О. будет ходатайствовать перед канадским судом воздержаться от исполнения приговора в отношении П., и что он в финансовом отношении адекватно обеспечит П. и детей. Генеральный прокурор провинции Онтарио согласился прекратить уголовное дело в отношении П., если она с детьми вернется в Канаду.
В марте 2003 года судебный пристав-исполнитель, сопровождаемый, в числе прочих, О., прибыл исполнить судебное решение, но отказался от своей попытки. О. ходатайствовал, чтобы ему или судебному приставу разрешили применить силу. Апелляционный суд удовлетворил это ходатайство, полагая, что дети быстро адаптируются в Канаде, даже если их привезут туда насильно. Суд не принял аргумента П., что с течением времени ситуация изменилась.
В апреле 2003 года Федеральный Конституционный суд отказался рассматривать конституционную жалобу, поданную тремя детьми П. на решение Апелляционного суда. Затем участковый суд отдал распоряжение судебному приставу-исполнителю обеспечить возвращение детей, уполномочив его в случае необходимости воспользоваться помощью полиции и произвести обыск в жилище П. Соответствующей службе по делам молодежи также было предписано содействовать возвращению детей.
Решение
Жалоба признана неприемлемой, что касается Статьи 8 Конвенции. Возвращение детей в Канаду было бы сопряжено, по крайней мере, с временным разлучением их с матерью, что было бы вмешательством в семейную жизнь заявителей. Правовым основанием для этого служит Гаагская конвенция, которая применяется в немецкой правовой системе. Целью государственного вмешательства в семейную жизнь заявительницы являлась защита прав и свобод других лиц.
Что же касается необходимости этого вмешательства, то следует заметить: в соответствии с Гаагской конвенцией от властей Германии требовалось вернуть детей О. в Канаду, как только выяснилось, что они были вывезены оттуда незаконно. Апелляционный суд заслушал П. и двоих ее детей и дал детальную мотивировку своего решения. Оценки по делу, данные судом, не были произвольны, и суд должным образом принял во внимание интересы детей. Учитывая рамки допустимого для государства усмотрения в области защиты частной и семейной жизни лица, вмешательство в частную жизнь, на которое жаловалась заявительница, не было непропорциональным преследуемой государством правомерной цели. Хотя существовал риск, что по возвращении в Канаду П. будет разлучена со своими детьми, первостепенное значение имело то, что незаконному удержанию детей в Германии должен был быть положен конец. Для защиты своих интересов и интересов детей в распоряжении П. имелись доступные в Канаде средства правовой защиты.
Что же касается выдачи разрешения на применение силы, то следует заметить: в то время как меры принуждения в отношении детей нежелательны, их использование нельзя исключать в случае неправомерного поведения одного из родителей. Разрешенные меры, таким образом, не были непропорциональными преследуемой государством цели.
Что же касается процессуальных требований, вытекающих из Статьи 8 Конвенции, то у Европейского Суда не было оснований предполагать, что производство по делу заявителей было несправедливым или что оно не обеспечило участия в процессе самих заявителей в степени, необходимой для защиты их интересов. Жалоба признана явно необоснованной.
Full & Egal Universal Law Academy