© Перевод предоставлен российским изданием «Бюллетень Европейского Суда по правам человека» (). Разрешение на публикацию перевода на русский язык дано исключительно для его включения в базу HUDOC Европейского Суда.
© This document was provided by the Russian edition of the Bulletin of the European Court of Human Rights (). Permission to re-publish this translation into Russian has been granted for the sole purpose of its inclusion in the Court’s database HUDOC.
Реджиани Мартинелли против Италии
[Reggiani Martinelli – Italy] (№ 22682/02)
Решение от 16 июня 2005 г. [вынесено III Секцией]
Обстоятельства дела
По обвинению в совершении убийства человека заявительница находилась под стражей, начиная с 1997 года, и в 2001 году ей был вынесен обвинительный приговор и назначено наказание в виде лишения свободы сроком двадцать шесть лет. Приговор вступил в силу. Пятью годами ранее, до того, как в ее отношении была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, у заявительницы удалили опухоль мозга, после чего она проходила курс лучевой терапии, длившийся несколько недель. После операции на мозге у нее периодически возникали пониженное ощущение и головокружения. В период содержания под стражей симптомы болезни обострились, и у заявительницы также случались приступы обморока, ее мучили головные боли, бессонница и чувство беспокойства. В соответствии с законодательством Италии приостановление исполнения наказания в виде лишения свободы или домашнего ареста допускается, только в тех случаях, когда осужденный страдает особо тяжелым заболеванием, лечение которого, осуществляемое в местах лишения свободы, более недостаточно, то есть у такого осужденного установлена «высокая степень инвалидности». Заявительница обратилась в суд с ходатайством о замене лишения заключения в тюрьме домашним арестом по медицинским показателям. Суд обосновал свое решение по данному ходатайству данными тюремной медицинской карты, в которой было задокументировано лечение, предоставлявшееся заявительнице и заключения частных медицинских специалистов. Суд отклонил ходатайство, отметив, что у заявительницы не наблюдался рецидив опухоли мозга, и не имелось каких-либо устойчивых ухудшений психического или физического здоровья. По результатам повторных медицинских обследований заявительницы был сделан вывод о том, что рецидива опухоли мозга у нее не наблюдается, и о том, что заявительница страдает серьезным церебральным заболеванием, сказывающимся на поведении и эмоциях больной. Заявительница обратилась в суд с повторным ходатайством о замене лишения заключения в тюрьме домашним арестом по медицинским показателям. Суд вынес решение отклонить ходатайство на основании заключений медицинского специалиста и врача тюрьмы. Суд среди прочего установил, что жизни заявительницы многочисленные обморочные припадки, во время которых ей персоналом тюрьмы быстро оказывалась медицинская помощь, никак не угрожали. Заявительница обратилась в суд с третьим ходатайством о замене лишения заключения в тюрьме домашним арестом. У нее наблюдалась возрастающая психологическая, эмоциональная и поведенческая нестабильность. Суд постановил, что данное состояние здоровья заявительницы, удостоверенное медицинскими специалистами и заключениями врачей тюрьмы, не было результатом «высокой степени инвалидности», которая могла бы оправдать приостановление исполнения наказания. Суд добавил к своей аргументации, что поскольку не имелось свидетельств какого-либо рецидива опухоли мозга или каких-либо поражений лобных долей большого мозга, вызывающих префронтальный синдром[1], состояние здоровья заявительницы (ухудшение психологического восприятия и повышенная эмоциональная возбужденность) не угрожает ее жизни, и заявительницу можно вполне адекватно лечить в тюрьме. Ходатайство заявительницы было отклонено. В январе 2005 года заявительница вновь обратилась в суд с ходатайством о приостановлении исполнения наказания, которое было рассмотрено в то время, когда Европейским Судом выносилось настоящее решение.
Решение
Жалоба признана неприемлемой, что касается Статьи 3 Конвенции. Состояние здоровья заявительницы, вызывающее как физические, так и психологические страдания, является результатом хирургической операции, произведенной до ее заключения в тюрьму. В тот период времени, когда она содержалась под стражей до суда, не было оснований для беспокойства по поводу состояния ее здоровья, но ее болезнь с того времени постепенно обострялась. Состояние здоровья заявительницы не может быть отнесено на счет ее пребывания в тюрьме, и ухудшение ее самочувствия в период заключения не может быть поставлено в вину тюремным властям. Развитие состояния здоровья заявительницы тщательно контролировалось медицинским персоналом тюрьмы, и врачи оказывали необходимую медицинскую помощь, когда у нее случались припадки, принимая решения о направлении ее – в необходимых случаях – в специальные медицинские центры с целью обследования здоровья и проведения наиболее подходящего лечения.
Что касается обоснованности содержания заявительницы под стражей, несмотря на постепенное ухудшение ее здоровья, то никто из специалистов ни разу не высказал мнения, что состояние ее здоровья было несовместимо с пребыванием в месте лишения свободы, даже если выводы специалистов на сей счет не всегда полностью совпадали. Суды страны своими мотивированными решениями отклонили ходатайства заявительницы о приостановлении исполнения наказания в виде лишения свободы в тюрьме, приняв во внимание заключения специалистов. Последнее ходатайство о приостановлении исполнения наказания рассматривалось судом, когда Европейский Суд вынес свое решение по делу. Европейский Суд не может подменять своими суждениями суждения судов страны по вопросу об обоснованности содержания лица под стражей, особенно в том случае, когда, как в настоящем деле, власти страны в целом выполнили свои обязанности по охране физического благополучия заявительницы жалобы в Европейский Суд, в частности, тем, что предоставили ей подходящее медицинское обслуживание. Из материалов дела усматривается, что медицинское лечение заявительницы в условиях тюремного заключения было такого же качества, как если было бы предоставлено в обычном медицинском учреждении. В этих обстоятельствах Европейский Суд считает, что ни состояние здоровья заявительницы, ни страдания, которые она, по ее словам, испытывает, не являются в период времени, фигурирующий по делу, настолько тяжкими, чтобы составлять нарушение Статьи 3 Конвенции.
Жалоба признана явно необоснованной.
[1] Синдром нарушения регуляции, программирования и контроля деятельности
при поражении префронтальных отделов головного мозга (прим. перев.).
Full & Egal Universal Law Academy