© Совет Европы/Европейский суд по правам человека, 2012 г. Настоящий перевод не налагает на Суд никаких обязательств. Дополнительная информация приводится в полной версии уведомления об авторском праве в конце документа.
© Council of Europe/European Court of Human Rights, 2012. This translation does not bind the Court. For further information see the full copyright indication at the end of this document.
© Conseil de l’Europe/Cour européenne des droits de l’homme, 2012. La présente traduction ne lie pas la Cour. Pour plus de renseignements veuillez lire l’indication de copyright/droits d’auteur à la fin du présent document.
Информационный бюллетень по прецедентной практике суда № 94
Февраль 2007 г.
Дело «Сторбротен (Storbråten) против Норвегии (реш.)» - 12277/04
Судебное решение от 01.02.2007 г. [Секция I]
Статья 4 Протокола № 7
Право не быть судимым или наказанным дважды
Осуждение за преступления, связанные с банкротством, после приказа о временной дисквалификации заявителей, влекущей лишение права учреждать компании или занимать руководящие должности: жалоба признана неприемлемой
[В настоящем докладе также приводится решение по делу «Мьельде (Mjelde) против Норвегии», № 11143/04, 1 февраля 2007 г.]
В связи с неудачным опытом ведения заявителями предпринимательской деятельности они были дисквалифицированы на два года с запретом на учреждение ими компаний с ограниченной ответственностью или занятие руководящих должностей в подобных компаниях. Соответствующие приказы были изданы согласно законодательству о банкротстве на том основании, что заявители были неспособны к деятельности данного рода ,при наличии веских причин подозревать их в совершении уголовных преступлений, связанных с их несостоятельностью. Впоследствии оба заявителя были осуждены за преступления, связанные с банкротством. Их обращения в Верховный суд, ссылающиеся на то, что приказ о дисквалификации с последующим судебным преследованием за те же действия нарушает принцип недопустимости повторной судимости, были отклонены.
Жалоба признана неприемлемой в соответствии со Статьей 4(1) Протокола № 7: цель данного положения заключается в предупреждении возобновления уголовного дела, которое завершилось окончательным решением. К заявителям были применены две различные меры в обособленных и последовательных судебных разбирательствах, а именно: приказ о дисквалификации в соответствии с законодательством о банкротстве и преследование в соответствии с Уголовным кодексом. Неоспорим то, что, по крайней мере, некоторые действия заявителей давали основания для применения обеих мер. Так как Европейский Суд был удовлетворен тем, что первое решение было «окончательным», следовало выяснить, являлось ли оно «уголовным» действием в значении статьи 4(1) Протокола № 7 Конвенции, истолкованного в свете общих принципов понимания понятий «уголовное обвинение» в статье 6 и «наказание» в статье 7 Конвенции. Значимыми факторами в данном случае являлись правовая классификация преступления в национальном законодательстве, характер правонарушения, национальная правовая характеристика меры, ее цель, природа и степень суровости, применялась ли мера после осуждения в рамках уголовного дела, какие процедуры были проведены для ее принятия и исполнения. Опираясь на данные критерии, Европейский Суд отметил следующее:
Правовая классификация правонарушения и меры в соответствии с национальным законодательством: процесс, завершившийся приказом о дисквалификации, носил гражданский характер. Правонарушение, которое могло повлечь приказ о дисквалификации, и сам приказ были классифицированы как гражданские согласно законодательству страны.
Характер правонарушения: приказы о дисквалификации были изданы в соответствии с законодательством о банкротстве: первый — в связи с непригодностью для занятия руководящей должности по причине «некорректного предпринимательского поведения», второй — в связи с вескими основаниями для подозрений в совершении преступлений, связанных с несостоятельностью. До начала разбирательства не оспаривался тот факт, что первое основание имело гражданскую и административно-нормативную природу. Таким образом, вопрос возник только в отношении второго основания. Необходимы были лишь обоснованные поводы для подозрений, а не установление виновности, что, в свою очередь, имеет отношение к первому основанию о пригодности. На практике оба основания зачастую употреблялись совместно. В любом случае, приказ о дисквалификации мог быть издан, только если это было оправдано поведением должника и обстоятельствами в целом. Соответственно, условие о «веских основаниях для подозрений» не лишало приказа о дисквалификации его исключительно нормативного характера.
Цель, характер и степень суровости: основная цель приказа о дисквалификации имела предупредительный характер и заключалась в защите акционеров, кредиторов и общества в целом от возможных потерь и нерационального использования ресурсов в случае, если безответственному и нечестному лицу будет позволено действовать под прикрытием компании с ограниченной ответственностью. Таким образом, приказ играл вспомогательную роль по отношению к уголовному преследованию и последующему осуждению. Что касается характера и степени суровости примененной меры, приказ о дисквалификации представлял собой запрет на учреждение или руководство вновь созданным обществом с ограниченной ответственностью в течение фиксированного периода времени, но не полный запрет на участие в предпринимательской деятельности. Поэтому характер санкции не позволяет отнести дело к «уголовной» сфере.
Основываясь на этих критериях и отмечая, что оба вида санкций (дисквалификация и уголовное преследование) имели разные цели и не совпадали в основных пунктах, Европейский Суд пришел к выводу, что дисквалификация не носила «уголовного» характера в рамках Статьи 4 Протокола № 7: жалоба явно не обоснована.
К бюллетеням Европейского суда по правам человека можно перейти по следующей ссылке: Case-Law Information Notes
© Совет Европы/Европейский суд по правам человека, 2012 г.
Официальными языками Европейского суда по правам человека являются английский и французский. Настоящий перевод не имеет обязательной силы для Суда, и Суд не несет ответственности за его качество. Данный перевод может быть загружен из базы данных по прецедентному праву HUDOC Европейского суда по правам человека () или из любой другой базы данных, в которую он был внесен Судом. Текст перевода может воспроизводиться для некоммерческих целей, с обязательным указанием полного названия дела и вышеприведенным уведомлением об авторском праве. По вопросам, связанным с использованием какой-либо части перевода в коммерческих целях, обращайтесь по адресу: publishing@.
© Council of Europe/European Court of Human Rights, 2012.
The official languages of the European Court of Human Rights are English and French. This translation does not bind the Court, nor does the Court take any responsibility for the quality thereof. It may be downloaded from the HUDOC case-law database of the European Court of Human Rights () or from any other database with which the Court has shared it. It may be reproduced for non-commercial purposes on condition that the full title of the case is cited, together with the above copyright indication. If it is intended to use any part of this translation for commercial purposes, please contact publishing@.
© Conseil de l’Europe/Cour européenne des droits de l’homme, 2012.
Les langues officielles de la Cour européenne des droits de l’homme sont le français et l’anglais. La présente traduction ne lie pas la Cour, et celle-ci décline toute responsabilité quant à sa qualité. Elle peut être téléchargée à partir de HUDOC, la base de jurisprudence de la Cour européenne des droits de l’homme (), ou de toute autre base de données à laquelle HUDOC l’a communiquée. Elle peut être reproduite à des fins non commerciales, sous réserve que le titre de l’affaire soit cité en entier et s’accompagne de l’indication de copyright ci-dessus. Toute personne souhaitant se servir de tout ou partie de la présente traduction à des fins commerciales est invitée à le signaler à l’adresse suivante : publishing@
Full & Egal Universal Law Academy