© Перевод предоставлен российским изданием «Бюллетень Европейского Суда по правам человека» (). Разрешение на публикацию перевода на русский язык дано исключительно для его включения в базу HUDOC Европейского Суда.
© This document was provided by the Russian edition of the Bulletin of the European Court of Human Rights (). Permission to re-publish this translation into Russian has been granted for the sole purpose of its inclusion in the Court’s database HUDOC.
Общество с ограниченной ответственностью «Валико» против Италии
[Valico – Italy] (№ 70074/01)
Решение от 21 марта 2006 г. [вынесено IV Секцией]
Обстоятельства дела
В июне 1993 года компания-заявитель у муниципалитета приобрела участок земли под строительство зданий гостиничного комплекса, детализированный план которого был утвержден муниципальным советом в 1986 году. В тот же день компания-заявитель и муниципалитет подписали соглашение, в котором указывалось, что в соответствии с распоряжением министерства по вопросу об охране природных ландшафтов и окружающей среды строительство гостиничного комплекса разрешается постановлением регионального совета. Вскоре после этого муниципалитет выдал заявителю градостроительное задание, в котором содержались детализированные планы строительных работ, составленные в 1986 году и дополненные в 1991 году и 1993 году. Строительные работы начались в июле 1993 года.
Компания-заявитель указывает в своем обращении в Европейский Суд, что ее обязали переместить строительную площадку на несколько метров к северу от первоначального расположения с тем, чтобы оно соответствовало бы изменениям, внесенным в детализированные планы строительных работ в 1993 году. В 1996 году специальный муниципальный комитет распорядился о приостановлении строительных работ на том основании, что перемещение строительной площадки нарушало градостроительное задание, выданное компании в 1993 году. Муниципалитет также распорядился, чтобы компания-заявитель – на основании пункта 5 статьи 16 областного закона № 20 от 3 апреля 1989 г., – выплатила штраф, по сумме равный 100 процентам стоимости работ. Компания-заявитель возбудила в связи с этим исковое производство в областном административном трибунале. В июле 1997 административный трибунал установил, что внесенные в 1993 году изменения в планы строительных работ были вполне законными, и отклонил жалобу компании-заявителя по вопросу о размере наложенного на нее штрафа. Решение областного административного трибунала было оставлено без изменений Государственным советом Италии [Consiglio di Stato][1], который счел, что перенос строительной площадки основательно изменило первоначальный проект строительства и что поэтому областные власти должны произвести новую оценку соответствия строительства положениям об охране природных ландшафтов. Государственный совет указал, что хотя отсутствие в строительных работах негативного воздействия на ландшафт препятствует сносу возведенного здания, штраф за непредставление измененного проекта строительства соответствующим областным властям, тем не менее, при этом может быть назначен.
Решение
Жалоба признана неприемлемой, что касается статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции. В принципе назначение компании-заявителю штрафа являлось актом вмешательства государства в осуществление ею своего права, гарантированного первой частью статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции, поскольку вмешательство лишило соответствующего субъекта его имущества в форме суммы денежных средств, которую ему надлежало выплатить. Поэтому первая часть статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции в настоящем деле применима. Обжалуемое вмешательство было осуществлено в соответствии в соответствии с законом и преследовало правомерную цель охраны природных ландшафтов и обеспечения рационального и обоснованного с точки зрения охраны окружающей среды градостроительного планирования.
Остается определить, был ли по делу соблюден справедливый баланс между требованиями соблюдения всеобщих интересов и требованием защиты основных прав компании-заявителя. В этом контексте перемещение строительной площадки было осуществлено в нарушение условий градостроительного задания, а решение наказывать ли за это нарушение посредством финансовой санкции – такой, как штраф – целиком укладывалось в рамки усмотрения государства-участника Конвенции. Хотя санкция, наложенная на компанию-заявителя, могла бы на первый взгляд показаться чрезмерной перемещение строительства на новый участок существенно изменило первоначальный проект строительства. Кроме того, проект строительства был масштабен, и суровость правовой санкции должна была быть пропорциональной интересам, поставленным на карту. Наконец, не было издано никакого распоряжения о сносе возведенного здания. Следовательно, итальянские власти соблюли справедливый баланс между всеобщими интересами и уважением к правам собственности компании-заявителя. Жалоба в данном ее пункте признана явно необоснованной.
Решение
Жалоба признана неприемлемой, что касается статьи 7 Конвенции. Европейскому Суду надлежит определить, приравнивается ли финансовая санкция, наложенная на компанию-заявителя, к «наказанию» в самостоятельном значении этого понятия в контексте пункта 1 статьи 7 Конвенции. Санкция, предусмотренная пунктом 5 статьи 16 областного закона № 20 от 3 апреля 1989 г., не имеет своей целью взыскать финансовую компенсацию за причиненный ущерб, но направлена главным образом на то, чтобы наказать правонарушителей с целью предупреждения дальнейших нарушений правил строительства, предписываемых областным советом. Санкция поэтому выполняет как превентивную, так и карательную функцию, при том, что последняя является характерной особенностью уголовно-правовых санкций. Кроме того, имеет значение суровость назначенной санкции; в настоящем деле, штраф, наложенный на компанию-заявителя, был очень крупным. Конечно, этот штраф нельзя было трансформировать в срок лишения свободы в случае его неуплаты, и он был наложен на компанию-заявителя по объективным основаниям без необходимости устанавливать какой либо преступный умысел с ее стороны или небрежность, но эти факторы не были решающими, что касается «уголовно-правовой» природы правонарушения. Коротко говоря, те аспекты дела, которые имею уголовно-правовой подтекст, доминируют, и взятые вместе означают, что штраф, о котором идет речь по делу, может быть охарактеризован как «наказание» в значении статьи 7 Конвенции, которая поэтому к настоящему делу применима.
Что касается существа жалобы, то вне всякого сомнения, что штраф был предусмотрен доступным «законом». Что же касается вопроса о его предсказуемости, то компания-заявитель указала в своем представлении Европейскому Суду, что не было четко установлено по делу, могло ли наказание, о котором идет речь по делу, быть назначено, даже если на природные ландшафты не было оказано никакого негативного воздействия. Однако Европейский Суд придерживается той точки зрения, что толкование соответствующей нормы закона национальными судами было вполне предсказуемо. Хотя Государственный совет не указывал до 2000 года, что штраф может подлежать уплате даже если и не было доказанного в судебном порядке негативного воздействия на природные ландшафты, заявитель, как строительная компания, должен был бы знать, что, не представив новые планы строительства для их предварительного утверждения он мог быть подвергнут предусмотренному законом наказанию. Кроме того, в норме, о которой идет речь, четко указано, что размер суммы подлежащего уплате штрафа равен 100 процентам стоимости выполненных строительных работ. Соответственно, представляется, что по делу нет признаков нарушения требований статьи 7 Конвенции. Жалоба в данном ее пункте признана явно необоснованной.
Решение
Жалоба признана неприемлемой, что касается статьи 6 Конвенции. Коль скоро штраф в данном случае приравнивается к «наказанию» в том значении, которое придается этому понятию статьей 7 Конвенции, правовая норма, нарушенная компанией-заявителем, имеет дело с уголовным правонарушением в значении положений статьи 6 Конвенции. Наказание такого рода может – как это произошло в настоящем деле – быть назначено административным ведомством, что не отвечает требованиям статьи 6 Конвенции, если только решение этого ведомства не может быть впоследствии проверено органом с полной юрисдикцией. В настоящем деле у компании-заявителя имелась возможность обжаловать административную санкцию в областном административном трибунале, а потом и в Государственном совете. Отнюдь не замыкаясь на простой проверке законности назначения наказания, эти судебные органы проверили все утверждения компании-заявителя, касающиеся как фактов, так и права, и установили, надлежащим ли образом – в конкретных обстоятельствах дела – органы власти применили свои полномочия. Соответственно, представляется, что по делу нет признаков нарушения требований статьи 6 Конвенции. Жалоба в данном ее пункте признана явно необоснованной.
[1] В Италии систему органов административной юстиции возглавляет орган, именуемый «Государственный совет», который в судебном порядке рассматривает жалобы на действия и акты органов государственного управления и одновременно выступает консультативным учреждением при правительстве страны (прим. перев.).
Full & Egal Universal Law Academy