Зенхалова и Зенхал против Чешской Республики
[Zenhalová and Zenhal – Czech Republic] (№ 38621/97)
Решение от 14 мая 2002 г. [вынесено II Секцией]
Факты Первый заявитель (заявительница) – инвалид с физическими недостатками, второй заявитель – ее супруг. В городе, где они проживают, многие общественные здания не оборудованы таким образом, чтобы обеспечить доступ в них инвалидов. В декабре 1994 года заявительница обратила внимание муниципального и районного органов власти на то, что эти здания не соответствуют требованиям действующего законодательства. Из районного совета был получен ответ, в котором указывалось, что планируется провести проверку свидетельств о приемке 219 зданий. Поскольку начало проверки свидетельств о приемке зданий затягивалось, Зенхалова обратилась с заявлением в министерство по делам экономики о проведении пересмотра указанных свидетельств по собственной инициативе. В ответе министерства указывалось, что в соответствии с законодательством проверка свидетельств будет проведена районным советом, но при этом сроки проведения этой проверки определены не были. Районный совет отклонил почти все требования заявительницы и не принял никаких мер. Однако были проведены работы по благоустройству ряда зданий по согласованию между муниципальным органом власти и владельцами зданий. В ноябре 1995 года заявители обратились в областной суд с просьбой об оказании безвозмездной юридической помощи и о назначении адвоката для подготовки ходатайств о проведении проверки выданных муниципальным советом свидетельств о приемке 174 зданий. Их заявление было отклонено как не имеющее судебной перспективы. Зенхалова и Зенхал подали жалобу в Верховный суд, который отказался рассматривать ее ввиду неподсудности, отметив, что решение областного суда не подлежит обжалованию. В июле 1996 года заявители обратились в Конституционный суд с жалобой на то, что многие общественные здания и здания, открытые для публики, не соответствуют условиям, которые установлены указом о специальном оборудовании зданий для обеспечения доступа инвалидов. Заявители также отмечали, что проверка свидетельств о приемке зданий не была проведена органами власти в установленном порядке. В марте 1997 года решением Конституционного суда жалоба заявителей была отклонена.
Решение Жалоба признана неприемлемой в отношении Статьи 8 Конвенции. Позитивные обязательства, вытекающие из положений данной Статьи, могут предусматривать принятие мер, направленных на обеспечение уважения права на частную жизнь, в том числе и в сфере взаимоотношений между отдельными лицами. Однако, поскольку понятие «уважение» не было четко определено, рамки допустимого для государств усмотрения в вопросах реализации данной нормы Конвенции довольно широки. Государство несет позитивные обязательства по уважению права на частную жизнь в случаях, когда установлена прямая и непосредственная взаимосвязь между принятием требуемых тем или иным заявителем мер и частной и (или) семейной жизнью такого заявителя. В Постановлении европейского Суда по делу «Ботта против Италии» (Botta v. Italy)[1] установлено, что положения Статьи 8 Конвенции не распространяются на ситуации, связанные с межличностными отношениями, столь широко и неопределенно, что невозможно усмотреть связь между мерами, принятия которых требуют от государства, и частной жизнью заявителя. В настоящем деле необходимо определить пределы применимости Статьи 8 Конвенции и границу между правами, которые гарантируются Конвенцией, и социальными правами, гарантируемыми Европейской социальной хартией. Ввиду того, что в европейском сообществе происходят постоянные перемены, правительства отдельных стран должны брать на себя все более широкие обязательства по устранению имеющихся недостатков в их правовых системах, в результате чего государства все больше вмешиваются в частную жизнь граждан. Однако сфера вмешательства государства и понятие «частная жизнь» не всегда совпадают, так как сфера позитивных обязательств государства является более ограниченной. В связи с рассматриваемым делом положения Статьи 8 Конвенции не могут применяться всякий раз, когда возникают неудобства в повседневной жизни заявительницы, а лишь в исключительных случаях, когда невозможность доступа в то или иное учреждение препятствует реализации ее права на развитие личности, а также права на установление и поддержание взаимоотношений с другими лицами и с внешним миром в целом. Однако заявительница не представила доказательств наличия особой связи между невозможностью доступа в упомянутые ею здания и конкретными потребностями ее частной жизни. Речь идет о большом количестве зданий, и это приводит к обоснованным сомнениям относительно того, что заявительнице необходимо посещать эти здания каждый день, а также относительно наличия прямой и непосредственной связи между требуемыми от государства мерами и частной жизнью заявительницы. Кроме того, в порядке дополнительного аргумента следует отметить, что власти Чешской республики не бездействовали, и положение дел в родном городе заявителей за последние несколько лет улучшилось, что признают и заявители. Таким образом, положения Статьи 8 Конвенции в данном случае неприменимы. жалоба со ссылкой на Статью 8 Конвенции неприемлема ввиду предметной неподсудности (ratione materiae).
[1] Вынесено 24 февраля 1998 г. (прим. перев.).
Full & Egal Universal Law Academy